Как потолок цен на газ отразится на экономике России? Объясняет профессор РГУ имени Губкина

Еврокомиссия выпустила постановление, предлагающее экстренное ограничение цен на природный газ на уровне 2750 евро за тысячу кубометров. Если документ подпишут все члены ЕК, квоту введут уже 1 января 2023-го на целый год. Сегодня цены на газ составляют чуть больше тысячи евро за тысячу кубических метров, а всего пару лет назад она едва достигала трехсот. Профессор РГУ нефти и газа имени Губкина Валерий Бессель рассказал, чем обусловлен такой стремительный рост стоимости энергии и почему введение ограничений не отразится на жизни простых россиян.

— Может ли как-то сказаться этот потолок цен на экономике России? 

— Европа сделала все, чтобы цены на наши товары на внешнем рынке выросли колоссально. Прежде всего выросли цены на газ, а сейчас будут расти и цены на нефть. 

Не зря же они не ввели никакого ограничения, потому что было сказано: если вы вводите любой потолок цен, мы не будем с вами торговать вообще. Ну понятно, что наши политические руководители тоже зачастую говорят лишние слова. Но если Европа перестанет получать нефтепродукты из России, у них сразу образуется дефицит порядка 190 миллионов тонн нефтепродуктов, что просто сразу приведет к энергетическому коллапсу. 

Когда вырастут цены на нефть, мы будем продолжать зарабатывать те же самые деньги, затрачивая на это меньше ресурсов. Потому что любая разработка месторождений и добыча — это затраты. А если вы начинаете добывать меньше нефти, у вас затрат меньше. А выручка останется такая же или будет расти, экономические показатели компаний будут улучшаться. 

Вот уже почти год идет специальная военная операция. Вы же понимаете, что это стоит больших денег. Но чувствуете ли вы это, когда приходите в магазин? Цены растут, но не так, как раньше, в 90-е. Это все только за счет того, что поступления в бюджет не уменьшаются.  

На нашу с вами жизнь это не повлияет никак. Во-первых, не забывайте, что нас мало — 148 миллионов человек. Во-вторых, у нас богатейшие ресурсы. Если касаться газа, то мы вообще первая страна по запасам. По нефти мы четвертые. 

Мы будем в тепле, но нам придется перестроить финансовую систему, это вопрос времени. 

Алексей Миллер (глава «Газпрома». — Примеч. Daily Storm) выступал на Петербургском экономическом форуме и говорил следующее: раньше был экономический уклад — деньги, товар, деньги; а сейчас он изменился — товар, деньги, товар. А потом хитро улыбнулся и сказал: кого товар, того и правила. Деньги вы можете печатать сколько угодно, это не требует больших затрат. А вот ресурсы есть у нас с вами. 

— Недавняя индексация цен на бытовой газ внутри России произошла именно из-за ситуации на внешнем экономическом рынке? 

— Мы сейчас платим за газ шесть рублей за кубический метр. Шесть рублей — это 10 центов, или 100 долларов за тысячу кубометров. 

Индексация — это совершенно неизбежный процесс, связанный с тем, что мы все равно будем платить больше и больше. Но под это будет меняться наша финансовая система. 

Понятно, что получать газ по таким низким ценам долго мы не сможем. Чтобы не было социального взрыва, нам нужно начать эмитировать валюту, чтобы каким-то образом населению компенсировать повышение энергии. Потому что по такой низкой цене на энергию у нас просто не будет развития энергетической отрасли. 

Вы же не понесете свои инвестиции в отрасль, где стоимость кубического метра шесть рублей?! Но начнете покупать, если увидите, что ваши вложения начнут приносить 1000% инвестиций в год. 

Нам в любом случае придется больше платить, но сейчас эти повышения в пределах 4-5% будут составлять где-то 15 копеек, и никто это не почувствует. 

— А на курс рубля повлияет введение этого потолка цен в Европе? 

— Я не специалист по формированию отношения рубля к доллару, но могу судить по этому косвенно. 

Я сужу по тому, какие затраты мы несем на спецоперацию, и вижу, что у нас абсолютно стабилен курс рубля плюс растут золотовалютные резервы. Значит, я могу предположить, что мы как-то пытаемся отвязаться от печатания рублей и привязки к ним доллара и евро. 

И второе, по чему я могу судить: доходы в бюджет не падают, а растут. Иначе бы наш золотовалютный резерв начал падать, а сейчас он растет.

Четыре года назад мы продавали газ в Европу за 80-110 евро за тысячу кубов. И тогда вся Европа нам говорила: видите, нам ваш газ не нужен — мы другими источниками обеспечиваемся. А года два назад мы продавали газ за 250-300 евро за тысячу кубов. А сейчас будем почти за три тысячи. 

Рост цены еще до спецоперации был обусловлен дефицитом. Дело в том, что запасы органического топлива на земле не безграничны. И крупные запасы находятся прежде всего буквально в шести-семи странах. А потребляют эти ресурсы все страны мира. В этом и проблема органики. 

Самым гигантским запасом газа обладаем мы с вами, ну а по нефти мы на четвертом месте. Энергии мир потребляет с каждым годом все больше и больше — это неизбежно. Нас становится больше. Дефицит энергии будет нарастать, и цена на топливо будет только расти. 

— Если топливо есть еще в других шести-семи странах, почему европейцы все равно продолжают покупать его у России, несмотря на колоссальный рост цен? 

— Крупнейшие экспортеры газа по трубопроводу — это только мы. Вторая страна по запасам газа — Иран. Но Иран давно под санкциями, и у них нет никакой инфраструктуры, которая могла бы поставлять газ. А построить ее займет десятилетия. У нас инфраструктура готова. 

Есть сжиженный природный газ. В прошлом году лидером по поставках была Австралия. А вы помните, где она находится? Есть еще Катар, но у него основные поставки в страны Азиатского и Тихоокеанского регионов. Третье место — Соединенные Штаты. Да, до 95 миллиардов кубометров Штаты нарастили поставки. 

Но не будем забывать, что мы в прошлом году поставляли 185 миллиардов кубов газа. Плюс американцы поставили 145 миллиардов кубов. А теперь нас, допустим, нет. Вопрос: может ли Америка возместить наши недопоставки? Когда у тебя на европейский рынок идет почти 200 миллиардов кубов из 480, которые вообще Европа покупает. Чем вы их замените?