Множество экспертов отмечают, что снижение спроса на нефть в результате падения ее переработки из-за эпидемии коронавируса привело к нехватке нефтяных хранилищ по всему миру. О затоваривании хранилищ говорят не первый день, страны-экспортеры используют их как важный инструмент, в них резервируют сотни миллионов баррелей сырья, чтобы не останавливать добычу на месторождениях. Сейчас нефть становится негде хранить, остановить добычу не везде возможно из-за технических особенностей процесса, и пока еще далеко до возобновления авиасообщения и отказа от других карантинных мер. Научный сотрудник ВШЭ Марсель Салихов обращает внимание, что хранилища заполнятся «через полтора-два месяца», при этом у США еще достаточно свободных объемов. Большими резервами обладает и Саудовская Аравия. В конце концов мировая экономика начнет восстанавливаться и спрос будет расти, но страны выходят из карантина не синхронно, а значит, резкого роста цен на нефть не ожидается.
Итак, сообщения об отрицательной цене нефти не актуальны для России. О том, как события, происходящие в США, влияют на наполнение государственного бюджета, рассказал Daily Storm независимый эксперт топливного рынка Вячеслав Мищенко. Он пояснил, что поступления в казну от продажи полезных ископаемых нужно рассматривать на длительном отрезке времени. В какие-то промежутки бюджет не получает сверхдоходы от экспорта, уровень налогообложения для экспортеров при падении цен снижается.
«За то время, пока бюджет исполнялся из расчета 42,4 доллара за баррель, а нефть продавали дороже, сверхдоходы шли в Фонд национального благосостояния и другие фонды», — пояснил он.
При долгом периоде низких цен деньги из Фонда национального благосостояния пойдут на исполнение бюджета по самым важным социальным направлениям, а также в случае, если из-за сокращения нефтедобычи нефти пострадают города, ориентированные на добычу и или переработку нефти. Без работы при худшем сценарии там могут остаться тысячи людей, этой точки зрения придерживается Михаил Крутихин.
Средства из ФНБ также идут на плавное поддержание курса рубля. По словам директора New Riga Finance Club Василия Коновалова, недавно Центробанк и Минфин на внутреннем рынке продали 25 миллиардов долларов, чтобы правительство купило долю акций Сбербанка. Увеличение предложения поддержало рубль, сегодня же ЦБ, выбрасывая на рынок по 250 миллионов долларов ежедневно, удерживает сильный рубль, этого должно хватить на два-три месяца, дальше будет сложнее, считает эксперт.
Игорь Юшков напоминает, что зарплаты правительство платит в рублях, при этом от экспорта приходит дорожающая валюта. «Для власти не принципиален момент, сколько будет стоить рубль, — рассказывает эксперт Финансового университета при правительстве. — Понятно, что история со снижением цен надолго, и проедать все золотовалютные резервы, чтобы удержать курс рубля, не будут. Ну будет 100 рублей за доллар — и ладно. Минфин стандартно будет смягчать темпы падения. Курс уже не держат, они смягчают перепады».
Впрочем, государство в любом случае стремится исполнять социальные обязательства. В связи с этим можно вспомнить о событиях 2014 года, когда государство удерживало курс рубля в течение нескольких месяцев, а потом отпустило: рубль сначала плавно опускался с 30 до 45 единиц за доллар, а потом более резко пошел к отметке 60. Власти понимали, что неисполнение обязательств перед бюджетниками опаснее негативного эффекта от изменения курса валют.
Экспертное сообщество тем не менее ожидает постепенное улучшение ситуации. Перелом в борьбе с коронавирусом возможен в течение трех месяцев. Страны постепенно выходят из карантина. Считается, что в Китае вирус постепенно побеждают, вслед за КНР запускают производства и другие государства. Если осенью планету не накроет вторая волна эпидемии, то к концу года должны появиться первые существенные признаки оздоровления экономики.
