Не бойтесь мертвых, бойтесь живых: что стало со зданием Суджанского краеведческого музея, который называли домом с привидениями

В Курской области рассказали о предположительной судьбе Суджанского краеведческого музея. Старинный особняк, который еще называли домом с привидениями, оказался на оккупированной территории и то и дело появлялся на вражеских ресурсах. Что стало со зданием? И главное, спаслись ли люди?

Суджанский краеведческий музей носит имя уроженца Курской губернии, актера Михаила Щепкина и располагается в здании объекта культурного наследия «Дом Чупилова, конец XIX века».

По легенде, хозяин дома был купцом и имел двоих детей. Но если сын завел собственное дело и обрел самостоятельность, то дочь осталась жить при отце. Продолжая терпеть его угрюмый характер и попытки оградить ее от всех и вся.

Говорят, так она и умерла, а отец сошел с ума и похоронил ее где-то во дворе. И с тех пор ее душа бродит по особняку и пугает людей то душераздирающими криками, то шорохами или стуками. А то и являя им свой силуэт.

Когда здесь было сельхозуправление, его работники не раз замечали призрак женщины, а сотрудники музея (он «въедет» сюда позже) признавались: спускаясь по старинной лестнице, ты ощущаешь, что тебя толкают вниз.

Легонько так, шутя.

Кстати, когда тут проходила реставрация, рабочие нашли закопанные человеческие кости. Однако чьи, осталось загадкой. Их сразу увезли на экспертизу.

Но, как говорят суджане, не бойтесь мертвых, бойтесь живых. Если с призраком можно поладить, то что можно сделать против танков?! В августе 2024 года Суджу оккупировали ВСУ, и судьба дома оказалась под угрозой.

Пережив 40-е и немецкую бомбежку, он мог погибнуть от какого-нибудь дрона.

Между тем, сам враг сообщает: музей цел. Все в том же августе его покажут на канале «комік плюс історик», а ведущие подкаста, сумчане Феликс Редька и Евгений Мурза будут сидеть на фоне экспонатов...

Та же карта, тот же макет. Сомнений нет, это Суджанский краеведческий!

Но это было летом. А что сейчас?

«К сожалению, мы знаем о музее лишь из видео, которые выкладывают украинцы, — отвечает Daily Storm его заведующая Людмила Придубкова. — Но они невнятные, хорошо отредактированные и малоинформационные.

Часть экспонатов вывезли. Два сотрудника остались в оккупированном городе. Остальные устроены. Все получают заработную плату — огромное спасибо генеральному директору Курского областного музея Олегу Александровичу Пушкареву!»

Помогали все, вспоминает женщина.

Музеи России, руководство и сотрудники Института археологии РАН и многие-многие другие, чьих имен они еще не знают.

«С такой поддержкой мы выдержим все! — говорит Людмила Михайловна. — Спасибо, что не забываете. Очень хочется после войны пригласить всех в наш музей. Всем поклониться и всех обнять!»

Кстати, об экспонатах. Их тысячи: от уникальной археологической коллекции кладов эпохи Великого переселения народов VI — VII веков до изделий знаменитой Суджанской ковровой фабрики.

А подробнее об этом нам рассказал генеральный директор Курского областного краеведческого музея Олег Пушкарев, Суджанский — его филиал.

— Олег Александрович, добрый день! Есть ли новости про музей в Судже? Что удалось спасти? И какова судьба сотрудников?

— Добрый день! Сотрудников мы вывезли. Они трудоустроены в других музеях. А экспонаты эвакуировали. Понятно, что не все — что-то осталось. Но ничего невосполнимого! Витрины можно заменить. Поэтому я уверен, что как только все закончится, Суджанский краеведческий музей будет еще лучше и современнее.

— А самое ценное? Все пишут про ковры...

— Да, потому что это наша гордость, они очень интересны и разнообразны. Их тоже вывезли, а еще коллекцию картин и этнографию.

Стоит ли само здание? По данным двухнедельной давности, оно осталось цело. Есть стекла и двери. Понятно, что особняк посечен осколками, но это некритично.

— Что говорят люди? Они хотят туда вернуться?

— Все по-разному: кто-то не хочет, у кого-то есть возможность уехать. Но подавляющее большинство говорит «да».

Музейные сотрудники — они особенные. Они наоборот в музей все тащат! И он для них не то чтобы второй дом, он — первый. За который они переживают много больше.

Поэтому... ну конечно, они вернутся, это даже не обсуждается! Потому что живут культурой. Все-таки это музей — это огромное подспорье. Это патриотическое воспитание, это любовь к малой Родине. Без этого никак.

— В начале декабря сотрудники музея выразили соболезнование в связи со смертью своего коллеги Михаила Ефимова. Мужчина когда-то работал там сторожем. В 1941-м он выжил в концлагере, а в 2024-м умер в оккупированной Судже. Получается, он попал в плен?

— К сожалению, мы не знаем… Да, такие сведения есть. Но ни подтвердить, ни опровергнуть их я не могу. Пока это просто невозможно. Мы вывозили всех. Но люди иногда сами возвращались, переживая за свое хозяйство и за дом. В данном случае так и произошло, но как именно...

— Самое важное, что вам хочется сказать?

— Мне хотелось бы, чтобы эту погань, этих оккупантов, побыстрее выгнали, и мы смогли вернуться к прежней жизни. Я уверен, что наши музеи будут еще краше. И не только я, а все сотрудники!

Мы молимся, чтобы скорей пришла Победа! А она придет, в этом нет сомнений.