Спектакль в суде: бывший директор «Гоголь-центра» выйдет после антракта

Преследование бывшего директора «Гоголь-центра» Алексея Малобродского выглядит так, как если бы некий Иванов проходил по делу об убийстве, а к этому делу «подшили» еще и некоего Сидорова, который два года назад совершил изнасилование, уверены адвокаты. Сегодня на апелляционном суде по мере пресечения театрального менеджера решили оставить под стражей, но его друзья не унывают. Daily Storm побывал на процессе и впечатлился сплоченностью театральной тусовки.

Первыми к зданию суда подъехали правозащитница Зоя Светова и искусствовед Анатолий Голубовский. Вытряхнули из карманов металлические предметы, предъявили сумки и уселись на лавочке возле 327-го кабинета. 

 — Мне надо срочно ответить, иначе сложится впечатление, что я исключен из дискуссии, — сказал Голубовский, доставая смартфон.

— У вас там какая-то секретная группа, да? — спросила Светова.

— Ну не особо секретная, просто закрытая. Ты тоже можешь вступить!

— Да нет, зачем мне ваши секреты!

Группа «В одной лодке с Алексеем Малобродским», где театралы координируют кампанию в поддержку товарища, действительно не особо секретная. Скажем, вчера там обсуждали, нужны ли под окнами суда люди с флагами и транспарантами. Однако по совету адвокатов решили, что нет, не нужны. Поэтому на суд пришли только самые близкие соратники из числа критиков, журналистов и представителей театральной общественности. В ожидании начала процесса они стояли кучками и говорили о наболевшем:

— Сейчас все покупки только по конкурсу, а у нас была типография, с которой всегда работали. И тут неожиданно выигрывает какая-то компания из Краснодара! Привозят тираж — конечно, сплошной брак… И как работать в таких условиях?! Как нормально потратить деньги на культурные проекты?!

Собственно, на подобных обвинениях основано все дело «Седьмой студии»: люди потратили бюджетные деньги так, что это выглядит как хищение. К государственным средствам вообще опасно прикасаться. Это знают не только директора театров, но и любые работники бюджетных учреждений, госслужащие — все, вплоть до мэров и губернаторов, многие из которых действительно вовсе не собирались воровать, но в итоге оказались на скамье подсудимых.

Фото: © Агентство Москва/Авилов Александр

«Невозможно потратить ни копейки от государства, не задолжав по 30 статьям полкопейки. «Вы билеты на автобус и список звонков задокументировали?» — спрашивают в Минкульте, выделив 100 рублей», — говорит театральный критик Дмитрий Лисин.

«Если речь идет об административных нарушениях, приходите, б..., в любой театр, вот в любой, и вы их найдете. Невозможно, чтобы театр функционировал и там не было никаких финансовых нарушений. Потому что просто финансовая система абсурдная. Иначе все просто встанет. Машина забуксует», — подтверждает главный редактор журнала «Театр» Марина Давыдова.

Наконец, двери открываются, и приставы запускают в зал адвокатов. «Теперь — родственники», — говорит молодой сотрудник суда, удерживая дверь под напором культурной общественности. И тут в зал метеором врывается Ксения Ларина, а за ней ручейком все остальные «родственники». Малобродский, наверное, и подумать не мог, что у него такая большая семья!

Тех, у кого не получилось сойти за родственников, отправили в другое помещение смотреть трансляцию. Дело осложнялось тем, что сам Малобродский тоже присутствовал в суде виртуально — на плазменном экране. Получалась такая трансляция трансляции, да еще с очень плохим звуком. Впрочем, кое-что важное можно было уловить.

Театралы с ходу окрестили процесс документальным спектаклем. В главных ролях — Юлия Лахова и Ксения Карпинская, адвокаты Малобродского. Блондинка и брюнетка. Первым делом они попросили приобщить к делу букет поручительств от статусных людей. Потом последовало предложение добавить сюда же материалы из интернета, видеозаписи, пресс-релизы, записи телепередач и личные свидетельства сотен людей о том, что спектакль «Сон в летнюю ночь» действительно был поставлен.

— Разве Малобродского в этом обвиняют? — удивился судья. — Мне казалось, речь идет о хищениях.

— Нет, его обвиняют именно в том, что он все деньги украл, а спектакль не поставил, — твердо сказала адвокат.

Фото: © Агентство Москва

Судья пожал плечами, а прокурор тут же заявила, что подписные листы или распечатку публикации из РИА Новостей можно изготовить на любом компьютере. В любом случае доказательства невиновности подсудимого, по ее мнению, стоило бы отнести следователям, а не суду. Пусть следствие разбирается, а суд здесь ни при чем.

Прокурор раз за разом подчеркивала, что нынешнее заседание не имеет отношения к обсуждению вопроса о виновности или невиновности Малобродского, что эта апелляция — именно по мере пресечения, а вовсе не по самому уголовному делу. Адвокаты отвечали, что для того чтобы избрать меру пресечения, нужны обоснованные подозрения, а доказательства наличия спектакля призваны показать, что ничего обоснованного в таких подозрениях не было. 

Карпинская особо упирала на то, что постановление о возбуждении уголовного дела и постановление о признании Малобродского подозреваемым по этому делу касаются совершенно разных событий, происходивших в разное время и с разными людьми. В деле «Седьмой студии», по которому проходят Юрий Итин с Ниной Масляевой, речь идет о событиях 2014 года, Малобродского преследуют за эпизод из 2012-го, никак не связанный с событиями, развернувшимися два года спустя. По словам адвоката, это выглядит так, как если бы некий Иванов проходил по делу об убийстве, а к этому делу «подшили» еще и некоего Сидорова, который два года назад совершил изнасилование.

Адвокат отметила, что все дело Малобродского основано на рапорте некоего оперуполномоченного ФСБ, которому почему-то показалось, что спектакля «Сон в летнюю ночь» не было. Она снова призвала судей, прокуроров и следователей пойти и посмотреть спектакль.

Карпинская с Лаховой несколько раз порывались зачитать тексты статей, к которым апеллировали, но судья это пресекал: «Давайте-ка без чтения законов!»

Потом адвокаты захотели, чтобы суд повторно зачитал доказательства невиновности Малобродского, собранные защитой. «Зачем? — удивился судья. — Все и так с ними знакомы. А вы просто хотите, чтобы их еще раз прочитали вслух перед широкой публикой!»

Фото: © Агенство Москва/Авилов Александр

Далее Карпинская предложила внести за Малобродкого залог — 2 миллиона 500 тысяч рублей. Именно эту сумму, по версии следствия, Малобродский похитил у государства. Изначально идею с залогом предложил Лев Додин. Деньги хотели собрать с миру по нитке, ну или хотя бы с московских худруков. Но тут уж юрист сказала, что заплатит сама, так как давно занимается адвокатской практикой и имеет стабильный доход.

«Почему бы ему не находиться под домашним арестом, как бывшему министру экономики Улюкаеву, против которого ведется расследование по схожей статье?! — недоумевала защита. — В конце концов, человеку не 20 лет, а 60. В этом возрасте репутация важнее».

Дело в том, что у Малобродского есть не только российский, но и израильский паспорт. И правоохранители опасаются, что театральный менеджер сбежит, хотя сейчас оба его паспорта и хранятся у следователя. 

Наконец, последним доводом защиты был тот факт, что с момента ареста Малобродский вообще не участвует ни в каких следственных действиях. Непонятно, зачем держать человека в тюрьме, если он не нужен, если им не занимаются?

Конечно, СИЗО №1, без дураков, — отличный изолятор, не уступающий европейским тюрьмам. Да и компания у Малобродского очень неплохая: бывший мэр Владивостока, бывший хакер, бывший лидер движения «Смотра.ру» (Россия вообще очень маленькая страна, где Ходорковский обязательно сидит в одной камере с Квачковым, а Надя Толоконникова — с Евгенией Хасис). Однако факт остается фактом, общественная опасность 59-летнего директора театра совершенно неочевидна.

«Он на все встречи со мной приезжал на метро. У него не было квартиры не то что в Берлине, у него и в Москве квартиры не было, только в Зеленограде что-то смог купить. Посмотрите, как живет директорский корпус и как живет Алексей Малобродский. И нам его предъявляют в качестве какого-то страшного коррупционера и вора!» — возмущается Давыдова.

После того как «спектакль» закончился, все еще долго махали Малобродскому руками и обещали зайти в следственный изолятор в понедельник. «Главное, что Алексей Аркадьевич нас всех увидел», — подытожил кто-то.

Фото: © Агентство Москва/Зыков Кирилл