Чужая война могла сломать психику стрелка из Перми

Отец Тимура Бекмансурова, устроившего стрельбу в Пермском государственном университете, воевал в горячих точках. После службы на фронте солдаты должны проходить реабилитацию, чтобы избежать посттравматического стрессового расстройства (ПТСР), но в реальности они крайне редко обращаются за помощью к специалистам, рассказал Daily Storm военный психолог, полковник, ветеран боевых действий Алексей Захаров. Он подчеркивает, что ПТСР влияет не только на служившего, но и на всех его близких. Кроме того, на Тимуре Бекмансурове определенно сказалась жизнь в неполной семье, считает специалист. Он назвал пермского стрелка одиноким, инфантильным и зацикленным на себе человеком, который не смог адаптироваться в обществе.

Война и реабилитация

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — это тяжелое психическое состояние, которое может возникнуть у человека, оказавшегося в сложной ситуации. Например, у участника военных действий. ПТСР распространяется не только на самого воевавшего, но и на его родственников. «Они [родственники] прекрасно понимают, куда он поехал, есть опасность его потерять и стресс ожидания», — добавляет Захаров.

Есть приказ Минобороны, согласно которому, после участия в военных действиях ряду категорий солдат следует пройти реабилитацию. Но на практике приказ редко выполняется. Этому мешают и командиры, и нежелание самих военных реабилитироваться — «признавать, что они больны», говорит психолог.

«Пройти путь реабилитации — это оторваться от места службы. Человек не может сам этого сделать, потому что ему хочется вернуться на службу, а его командир желает, чтобы у него личный состав был в полном объеме, потому что ему надо решать сложные задачи. Ему не хочется отпускать человека на реабилитацию, поскольку что это усугубляет решение служебных задач», — рассказал Захаров.

Специалист соглашается, что власти должны обратить внимание на эту проблему: «Конечно! Главная беда заключается в том, что человек, который вернулся из горячей точки, хочет скорее попасть домой, чтобы почувствовать себя тем, кем он был до войны. Но чтобы вернуться, ему нужно пройти определенные вещи, которые его ущемляют, в его сознании, потому что он должен согласиться с тем, что сейчас, вернувшись, он — не тот человек, который уезжал [на войну], что он сейчас хуже, что ему надо как бы лечиться — они реабилитацию воспринимают как лечение. А никто не хочет соглашаться с тем, что он больной человек».

Алексей Захаров считает, что в этой ситуации может помочь дисциплинарное воздействие — командир должен в обязательном порядке отправить военного на реабилитацию. За этим надо жестко следить, убежден психолог. Необходимо, чтобы командиры понимали: если их солдаты не будут работать с психологами, рано или поздно у них будет выгорание. И они «не только перестанут быть боевыми единицами, а станут теми, кто будет приносить проблемы».

Тимур Бекмансуров

Психолог прочитал последнее сообщение, которое Тимур Бекмансуров опубликовал в соцсетях. В нем юноша подробно описал, как покупал оружие, выбирал место для стрельбы и заявил, что презирает всех вокруг и себя самого. «Из того, что я прочел, — он совершенно одинокий человек, который зациклен на себе, у этого ребенка не выстроена система адаптации в мире, он не социализировался и очень инфантилен. Результат отсутствия воспитания в школе и дома, отсутствия фактора воспитания взаимодействия «групп ребенок — общество», «ребенок — семья». Вот эти все вещи выпали, а это все должно быть вместе. И семья — это не только папа и мама, это бабушки и дедушки», — считает эксперт.

Хорошо, что отец общался с сыном, но плохо, что они не жили вместе, подчеркивает психолог. СМИ со ссылкой на допросы родных Тимура Бекмансурова пишут, что его мать и отец развелись в 2009 году, потом мальчик жил у бабушки, а в 2014 году переехал к матери. Отец утверждает, что у него с сыном были близкие отношения, они каждый день говорили по телефону, но мальчик не делился своими проблемами и не рассказывал подробности личной жизни.

Специалист отмечает, что в семьях военных нужно уметь выстраивать отношения особым образом, поскольку служащие не располагают своим временем, часто отсутствуют дома и уделяют родным мало внимания. Чаще всего матерям приходится заниматься воспитанием детей, жены обижаются на «военных мужей».

«Надо понимать, что если ты выходишь замуж за военного, то фактор «ждать» — один из главных в построении семьи. Важно умение выстраивать отношения в семье и с мужем, и без него, если он участвует в войне. <...> У военных всегда есть достаточно серьезная проблема в сохранении семьи, потому что это люди, которые собой не располагают, у которых есть сверхзадача. Военные не могут отказаться от профессии, потому что для них она носит сакральный фактор. Отказаться от службы очень трудно. Поэтому семьи распадаются», — объясняет эксперт.

Ребенку нужны оба родителя, потому что это «две модели», определяющие систему развития, говорит Захаров. «Без них нельзя. И поэтому не зря раньше так серьезно смотрели на неполные семьи. Сейчас мы машем рукой, потому что это обыденная вещь, но на самом деле это большая беда, потому что ребенок остается наедине с собой и никто ему ничего подсказать не может. Мама не может ему подсказать те вещи, которые она не способна чувствовать в силу своей гендерной принадлежности. Точно так же и папа не может заменить маму. <...> И ребенок оказывается со своими проблемами один на один», — сказал он.

«У нас очень здорово семья разобщена, разобщено общество. Это и приводит к таким делам, потому что, зацикливаясь на индивидуальных факторах, ребенок перестает развиваться, — добавил он. — А развиваться он может только в обществе, ведь человек имеет особенности именно социально-общественного развития, по-другому он не развивается. Если этого нет и он этим не занимается — он приходит к ситуации кризиса. А кризис видит так, как ему это заложено. Заложено это СМИ и информационным потоком, который вокруг него существует, — интернетом, соцсетями, чужими мнениями».

Психолог считает, что специалисты могли бы улучшить состояние Тимура Бекмансурова, если бы занимались с ним и заметили его особенности. Но в школах в последние годы главным образом обращают внимание на вопрос предоставления образовательных услуг, а не на воспитание детей, посетовал он. «Сейчас мы спохватились, но уже очень многое упустили», — считает Алексей Захаров.

Утром 20 сентября вооруженный охотничьим гладкоствольным ружьем 18-летний Тимур Бекмансуров ворвался на территорию Пермского государственного университета и открыл огонь по студентам и сотрудникам учебного заведения. Погибли шесть человек, еще 24 пострадали. Сам стрелок получил тяжелые ранения. Сейчас он находится в больнице в крайне тяжелом и нестабильном состоянии, ему ампутировали часть голени.

Мать Бекмансурова рассказала, что он увлекался оружием и много читал о войне в Сирии, где служил его отец. Тимур Бекмансуров мечтал стать военным или полицейским, но из-за состояния здоровья поступил на факультет судебной экспертизы.