Следующие двадцать минут я провел в гордом одиночестве. Люди проходили мимо, практически не обращая внимания на мой скудный ассортимент. Ждать клиентов порядком наскучило, поэтому я решил двинуться вместе с ликующим потоком фанатов к Красной площади в надежде найти мексиканцев, основная масса которых находилась в центре улицы.
Конкуренция среди продавцов на Никольской очень высокая. Людей, спекулирующих пивом в самом сердце столицы, очень много. Через каждые 30 метров стоят продавцы, которые аккуратно выставляют бутылки на парапеты зданий. А по самой улице под фанатские кричалки, сквозь толпы болельщиков, пробираются молодые ребята с рюкзаками наперевес.
Тем временем я дошел до перекрестка около метро «Площадь Революции», так и не продав ни одной банки. В этот момент я понял — делаю что-то не так. Навстречу мне шел очередной спекулянт лет 30, к нему я и обратился за советом. На удивление мужчина оказался довольно разговорчивым, как и все люди, занимающиеся продажами на Никольской.
«Лучше всего идти против потока, так на тебя обращают больше внимания. Но чтобы точно продать товар, надо навязывать, — рассказывает мне очередной бизнесмен на Никольской, добавляя, — к тому же лучше продавать холодное пиво. Иностранцы берут только такое».
Он оказался прав, черт возьми. После того как я сменил направление движения, меня сразу же стали замечать. Следующую банку удалось продать через несколько десятков метров. Ко мне сам подошел русский мужчина и спросил: почем? Мы сошлись на цене в 200 рублей. Ударили по рукам, я двинулся дальше. Но удача вновь покинула меня. Дело в том, что русским одной банки хмельного было мало, к тому же за то время, пока я бродил по Никольской, пиво нагрелось. Иностранцам это не нравилось, то и дело слышал один и тот же ответ: «Its not cold, sorry [оно не холодное, извини]».
Именно поэтому завсегдатаи Никольской приходят с термопакетами. Самые находчивые приносят бутылки в черных мусорных пакетах, из которых течет вода. Такие спекулянты работают в парах: один сторожит товар, другой продает.