Код на флэшке и «допотопные» учебники на столе: каким станет российский IT при запрете VPN и введении «белых списков»

Российские программисты уже несколько лет обходят западные санкции, чтобы добраться до обновлений, библиотек и репозиториев кода. VPN для них — рабочий инструмент, такой же повседневный, как клавиатура и компилятор. Теперь идут разговоры о том, что его могут отнять свои чиновники. На фоне нового витка ограничений в России обсуждают блокировку прокси-сервисов и введение «белых списков» по всем каналам связи. Что произойдет с отраслью в случае изоляции Рунета, рассказали Daily Storm руководители ключевых IT-компаний и эксперты.

Двойное давление

В случае введения новых ограничений для VPN или полного запрета таких программ, многие российские IT-компании рискуют оказаться в сером правовом поле. Отечественных аналогов иностранного ПО в реальности мало, а то, что есть, использует компоненты иностранного происхождения. Масштаб зависимости — наглядная демонстрация того, что доступ к внешним ресурсам — производственная необходимость, объясняют айтишники.  

«Сейчас для доступа к зарубежным ресурсам приходится обходить западные блокировки. Добавление к этому отечественных ограничений усложнит задачу и, возможно, выведет ее из правового поля, что создаст для компаний неприемлемые риски», — предупредил Иван Панченко. Он — сооснователь системы управления базами данных Postgres Professional, глава комитета по интеграции российского ПО ассоциации «Отечественный софт».

Генеральный директор «Базальт СПО», разрабатывающей операционные системы семейства «Альт», Алексей Смирнов считает, что рабочее пространство разработчиков сжимается с двух сторон одновременно. Из-за ограничений интернета, по его словам, сильно упадет и экспортный потенциал страны в области IT.

«Получается, что нам, разработчикам, мешают работать как государства, которые вводят против нас санкции, так и наши собственные структуры», — резюмировал программист.

По оценкам Панченко, все отечественные операционные системы на базе Linux более чем на 90% состоят из иностранного кода, который необходимо регулярно обновлять. По его словам, единственная полностью созданная в России базовая платформа для компьютеров — KasperskyOS.

«Доступ к зарубежным сервисам необходим прежде всего для обновления иностранных компонентов. Без этого не будут устраняться уязвимости. Наличие закрытых контуров и отечественных репозиториев (онлайн-хранилищ кода. — примеч. Daily Storm) не решает эту проблему, поскольку большая часть программного кода разработана за рубежом и обновления приходят оттуда же», — объяснил Панченко.

Блокировки могут подорвать безопасность сервисов. Панченко обратил внимание, что большую часть исследований в области информационной безопасности проводят за рубежом. Российских специалистов уже сейчас изолируют от некоторых закрытых международных каналов — например, информация о недавно обнаруженной уязвимости клиента Telegram дошла до них с задержкой. Если к внешним ограничениям добавят внутренние, любая задержка в получении информации может обойтись очень дорого.

Также завязана на зарубежных сервисах и инфраструктура защиты от онлайн-атак. Глава АНО «Цифровые платформы» Арсений Щельцин напомнил, что до 2022 года в России, по сути, не было доступных и быстро разворачиваемых аналогов глобального сервиса Cloudflare (нужен для защиты от DDoS-атак, фильтрации трафика и ускорения сайтов).

«Раньше российские компании за сопоставимые услуги просили большие деньги. Сейчас появляются компании, которые это инфраструктурно предлагают. Первый достойный конкурент — «EdgeЦентр». Альтернатива, к сожалению, до сих пор платная. Хотя суммы кратно меньше, чем были до 2022-го», — рассказал Щельцин.

Панченко оценил перспективы сдержаннее. По его словам, Рунет в целом устойчив. В экосистемах крупных игроков уже есть собственные инструменты защиты. Но качество сервисов для малого и среднего бизнеса заметно просядет. Изоляция не вызовет коллапса, но обернется удорожанием и усложнением.

Что есть вместо — и почему не переходят

Не все эксперты уверены, что блокировки VPN парализуют разработку. Директор Центра компетенций по импортозамещению в сфере ИКТ и экс-замминистра связи Илья Массух убежден: разработчик всегда найдет способ добраться до нужной библиотеки.

«Это такая же зависимость, как от учебника математики, который написал какой-нибудь Дональд Кнут. Он есть у вас на рабочем столе, и имеется определенная зависимость. Но если следующая версия не попадет к вам, то вы и по первой хорошо выучите математику и программирование», — рассуждал Массух.

По его словам, еще в IT-сообществе работает глобальная кооперация, которую сложно перекрыть любыми блокировками. Так, коллега из Индии может прислать нужное специалисту из России.

Существуют и российские инструменты для программирования. Массух перечислил отечественные конвейеры разработки (решения для полного цикла: от написания кода до тестирования и развертывания на серверах): продукт «Сфера» от Т1, платформы Ростелекома и Яндекса. Правда, здесь он честно оговорился: «Они не настолько зрелые, как зарубежные, не настолько удобные». 

«Но это вопрос доработки. Продукт дорабатывается в момент его использования — так устроена вся отрасль, и на Западе тоже. Вначале продукт сырой, потом он улучшается благодаря обратной связи от людей», — добавил Массух. 

При этом никто не приказывает бизнесу и фрилансерам переходить на отечественные решения. По мнению Массуха, обязывать и не должны. Требования касаются только разработчиков из госсектора и подрядчиков госструктур.

Но именно здесь возникает ловушка, которую заметил Щельцин из АНО «Цифровые платформы». Выбор между отечественным и западным сервисом почти всегда предрешен с экономической точки зрения.

«Западная компания предлагает бесплатный формат, а Яндекс — за условные 10 тысяч рублей в месяц. Российские разработчики выбирают западные решения и тем самым повышают свою зависимость от иностранных продуктов», — констатировал IT-эксперт.

Во многом иностранным остается и фундамент, на котором строится вся разработка. По словам Щельцина, почти все активно используемые в России языки программирования принадлежат западным корпорациям — в том числе входящим в списки недружественных и экстремистских организаций. Пример — популярная JavaScript-библиотека React, созданная разработчиком Facebook* (ныне Meta*).

Судя по оценкам части экспертов, блокировка VPN не решит проблему зависимости — она лишь отнимет у разработчиков доступ к инструментам, замены которым внутри страны нет. А в случае полного отключения, по мнению Щельцина, масштаб задачи выходит далеко за рамки поиска обходных путей.

«Если мы все отключаем и сбрасываем со стола, то надо начинать с азов. И помимо технологической задачи здесь будет не менее сложная — создать экосистему, которая понимает, куда идет. У каждого продукта есть дорожная карта развития, а с точки зрения цифровых аспектов у нас такой карты нет. Мы не понимаем, в какую сторону завтра будут крутить гайки и как под это подстраиваться бизнесу», — говорит Щельцин.

Щельцин уверен: бизнесу нужно объяснить, ради чего терпеть неудобства перехода. Но про «светлое будущее» никто не рассказывает.

Массух, при всем своем оптимизме, тоже признает: мир фрагментируется, а IT-инфраструктура становится точкой воздействия на другие государства. Готовиться к этому необходимо. Стоит иметь работающие альтернативы в контуре работ или хотя бы план Б.

«В крайнем случае будут привозить обновления на флешках в кармане», — иронизировал Панченко.

Полной автономии у российского IT пока нет, следует из разговоров с экспертами. Как считает Щельцин, в сравнении с Китаем Россия находится в тотальной зависимости от западных технологий.

* Компания Meta признана экстремистской и запрещена в РФ.