Крымская пятилетка: что стало с промышленностью республики за пять лет в составе России

Пять лет назад, 18 марта 2014 года, Крым вошел в состав России — в этот день президент России Владимир Путин подписал с властями республики соответствующее соглашение (ЕС и США его не признают). За время нахождения Крыма в составе РФ его экономика значительно выросла, в то же время он остается в списке отстающих субъектов. За эти годы здесь удалось частично восстановить утраченные мощности в кораблестроении, а одну из крупнейших винодельческих компаний «Массандра» превратить в предприятие с многомиллионной выручкой. А вот у химической отрасли дела идут неважно. «Крымский титан» вынужден контрабандой возить сырье с Украины и уже устроил экологическую катастрофу в Армянске. Daily Storm изучил состояние промышленности полуострова.

Судостроение

Объемы промышленного производства в Крыму за пять лет после присоединения к России выросли в два раза, а собственные доходы увеличились в 2,5 раза. Только за последний год промышленность региона поднялась на 4,7%. Активнее всего, по данным правительства Крыма, на полуострове развивается транспортное машиностроение (показало рост в 37% в 2017 году), в основном это строительство кораблей. Судостроение появилось в Крыму в конце XIX века, затем стало одной из ключевых отраслей местной промышленности и чуть ли не самой проблемной. В нулевые в развитие судостроения на полуострове особо не вкладывались, и многие предприятия оказались в плачевном состоянии. Сейчас их модернизируют, на перевооружение планируется потратить десятки миллиардов рублей.

Основные мощности крымского судостроения расположены в Керчи, Феодосии, Симферополе и Севастополе. В отрасли заняты более пяти тысяч человек. В Керчи работает судостроительный завод «Залив», который специализируется на производстве танкеров средней и большой грузоподъемности и делает лихтеровозы (суда для перевозки груза в лихтерах или баржах, контейнерах). По данным правительства Крыма, судостроительные заводы региона живут в основном за счет гособоронзаказа. Из всех контрактов — более 20 миллиардов рублей — на оборонку приходится порядка 17 миллиардов. Работа по этим соглашениям расписана до конца 2021 года. Но даже этого недостаточно, чтобы загрузить заводы на полную мощность, — сейчас они работают в среднем только на половину своих мощностей.

Проблемный Севастополь

Крупным центром судостроения на Черном море планируют сделать Севастополь. В нулевых отрасль в городе фактически оказалась заброшенной. Сейчас заводы начинают получать заказы. Самое крупное судостроительное предприятие города — Севастопольский морской завод (Севморзавод), ранее принадлежавший нынешнему президенту Украины Петру Порошенко. Лидер соседнего государства до сих пор не может расстаться с заводом — в прошлом году даже задекларировал его в своей налоговой отчетности.

В конце 2015 года после присоединения Крыма к России завод был национализирован. Он фактически был передан Объединенной судостроительной корпорации. 

Его начали реконструировать, в общей сложности на перевооружение Севморзавода планируется потратить семь миллиардов рублей. Первые успехи уже есть. В 2017-м там возобновили изготовление морских плавучих кранов (первый плавкран собираются сдать в 2019-м). В советское время строительство таких машин было одним из основных направлений работы завода. Но с 2004 года плавкраны в Севастополе не делали. Последний сданный кран теперь работает в Северодвинске Архангельской области.

Помимо этого, завод ремонтирует суда, как гражданские, так и военные — корабли Черноморского флота. На предприятии строили плавучую систему, которая использовалась в одной из самых масштабных строек в регионе — возведении Керченского моста. По данным на 2017 год, на Севморзаводе работают около 600 человек. Местные власти связывают развитие промышленности города именно с успехами судостроителей.

Однако, по словам председателя регионального отделения Союза промышленников и предпринимателей России Вячеслава Горбатова, ситуация с судостроением в Севастополе по-прежнему тяжелая: действуют только половина (около 60) из зарегистрированных в городе судостроительных предприятий. По словам Горбатова, заводам не хватает рабочих рук. Дефицит кадров ощущает в том числе и Севморзавод.

Большие проблемы в последние годы испытывает Севастопольский морской порт, оказавшийся на грани банкротства и показывающий многомиллионные убытки. В 2017 году потери превысили 130 миллионов рублей (данные «СПАРК-Интерфакс»). По информации СПАРКа, в 2018-м порт заключил с Институтом морских биологических исследований имени А.О. Ковалевского РАН самый крупный контракт, он касается стоянки судов. Цена вопроса — 2,5 миллиона рублей.

Руководитель контрольно-ревизионного управления правительства Севастополя Сергей Елизаров даже говорил о попытке намеренного банкротства порта властями города. Кстати, этим делом интересовались специалисты ФСБ. Сотрудники спецслужбы проводили обыски в контрольном управлении городского правительства. Чтобы спасти порт, местные власти готовы отдать его в управление федералам.

Десантные корабли для Китая

Еще один крупный центр судостроительства в Крыму — Феодосия, там действует завод «Море» (вошел в состав корпорации «Ростех»). Последние годы там ремонтируют корабли федеральной госструктуры «Росморпорт» и нефтегазовой компании «Черноморнефтегаз».

Завод строит и собственные суда. В 2017-м предприятие спустило на воду быстроходный пассажирский катер «Крым 1133Т». Выглядит он вот так. В прошлом году «Море» построил новый водолазный катер.

Корабелы «Моря» также работают на оборонку. Там, например, строят малый ракетный корабль (МРК) «Шторм», который будет оснащен крылатыми ракетами «Калибр».

Работники «Моря» собирают малые десантные корабли на воздушной подушке «Зубр» для китайских ВМС — по контрактам, заключенным еще при украинской власти. Тогда сделку курировал «Укроборонпром», теперь — Рособоронэкспорт. Стройка ведется на территории КНР.

Оценить финансовое состояние «Моря» не представляется возможным: данные в базе «СПАРК-Интерфакс» по заводу оканчиваются 2015 годом. Тогда предприятие показало убыток в 77 миллионов рублей. Активы компании тогда составляли 1 миллиард 72 миллиона рублей.

Химическая промышленность и ослабший «Крымский титан»

В химической промышленности, которая тоже остается одной из ключевых для Крыма, в отличие от судостроения, развития не наблюдается. Основное предприятие химпрома в регионе — «Крымский титан», производящее диоксид титана для нужд лакокрасочной промышленности. Российское ООО «Титановые инвестиции», с февраля 2018 находящееся в процессе банкротства, взяло завод в долгосрочную аренду у Крыма.

До референдума «Крымский титан» являлся крупным экспортером на мировом рынке, за рубеж отправляли около 80% продукции. Среди потребителей были Китай, Южная Корея, Тайвань, Сингапур, Турция, Италия, Германия, Иран, Бразилия, Канада и Мексика. Принадлежит завод украинскому миллиардеру Дмитрию Фирташу, который, по данным СМИ, находится под арестом в Австрии. Его выдачи требует ФБР.

Проблемы Фирташа на этом не исчерпываются: суд Кипра арестовал все его имущество по иску российского Банка ВТБ. Дело в том, что два предприятия бизнесмена — ЧАО «Юкрейниан Кемикал Продактс» и ООО «Титановые инвестиции» — задолжали банку 2,5 миллиарда рублей.

В августе 2018-го «Крымский титан» фактически устроил химатаку на город Армянск, где и расположен. На заводе произошел выброс токсичного сернистого ангидрида. Растения чахли на глазах, металлические сооружения окислялись, жителей эвакуировали только через неделю после начала кислотного апокалипсиса. По официальной версии, причиной выброса стали испарения с заводского кислотного накопителя.

На самом деле, удивительно, что завод еще может что-то выбрасывать. Основным поставщиком сырья для него всегда были предприятия Украины. Ильменит, минерал, состоящий из железно-титанового оксида, добывают в бывшей братской республике в огромных количествах. Поскольку Украина не признала присоединение Крыма к России и считает полуостров аннексированным, официально «Крымский титан» ильменит не получает. Однако, по данным СМИ, сырье до сих пор поступает на предприятие именно с Украины. Часть сырья на «Титан» прибывает с Шри-Ланки, однако заокеанский ильменит — более низкого качества, что не могло не сказаться на конечном продукте.

Сейчас, по оценкам экспертов, крымское предприятие занимает 20% российского рынка двуокиси титана. До присоединения полуострова этот показатель доходил до 30%. Также снизился и экспорт. Западные компании стараются не вести дел с крымскими предприятиями. Если раньше 80% продукции шло за рубеж, то теперь едва ли наберется 50%.

Материнская компания завода — ООО «Титановые инвестиции», по информации «СПАРК-Интерфакс» на 2017 год, в минусе на 87,5 миллиона рублей. Однако сам завод, по данным СМИ, до сих пор обеспечивает до полумиллиарда рублей казны Крыма.

Прибыль в вине

А вот виноделие в Крыму вновь процветает. Продукцией «Массандры» угощают иностранных гостей, предприятие награждают за лучший продукт на международных конкурсах, а сам завод показывает стабильную прибыль. По данным «СПАРК- Интерфакс», в 2017 году «Массандра» выдала почти 200 миллионов рублей чистой прибыли, против минуса в три миллиона в 2014-м.

Секрет предприятия оказался прост. После «отплытия Крыма в российскую гавань» «Массандра» стала госсобственностью, и не абы какой: собственником стало Управление делами президента Российской Федерации. С таким хозяином сложно оставаться в аутсайдерах. К  тому же у компании появился новый директор Янина Павленко.

При новом руководстве «Массандра» начала развивать экспорт. Так, за 2018 год за границу продали в два раза больше, чем в 2017-м. Однако страны-импортеры, по данным СМИ, нельзя назвать самыми искушенными в потреблении вина: это Казахстан, Китай и Белоруссия. Также, по данным СМИ, крымское вино отправляется в непризнанные ДНР и ЛНР.

В конце февраля 2019 года стало известно, что завод переводят в собственность Крыма. В СМИ тут же заговорили, что предприятие готовят к продаже. Кем бы ни оказался покупатель, ему надо быть готовым к санкциям, ведь до «Крымской весны» «Массандра» была украинской госсобственностью. Однако развивающееся предприятие, жемчужина постсоветской винной индустрии с более чем вековой историей — довольно привлекательная «бизнес-игрушка».