Навальный с трудом говорит и почти не ходит

Спустя почти месяц после госпитализации в Омске Алексей Навальный пока недостаточно восстановился, чтобы ходить и активно общаться, его содержат в клинике Charite в Берлине под вооруженной охраной, а с врачей и обслуживающего персонала взята подписка о неразглашении. Такая картина происходящего стала известна Daily Storm от сотрудника Charite. Навальный пробыл в коме с 20 августа по 7 сентября. Его организм восстанавливается медленнее, чем могло показаться в первые дни после того, как он пришел в сознание. Это подтверждают и соратники оппозиционера.

«Он уже дышит сам, но не может нормально говорить и ходить», — передал Daily Storm житель Берлина, близко знакомый с одним из медиков из Charite. Вместе с тем Навальный уже обходится без аппарата искусственной вентиляции легких.

Сейчас оппозиционер находится в палате в одном из корпусов клиники — Charite Mitte. Здание отделения усиленно охраняется, там постоянно дежурят вооруженные сотрудники силовых структур. Об усилении охраны россиянина ранее писал немецкий еженедельник Der Spiegel. Издание выяснило, что уголовная полиция Берлина усилила меры безопасности, чтобы предотвратить «новое нападение». Однако эту информацию российским СМИ в полиции не подтвердили.

«К Charite подойти нельзя, — рассказал врач источнику Daily Storm. — Отделение, где он лежит, огорожено. Полицейские с автоматами, стоит несколько автомобилей».

Der Spiegel отмечал, что Навальный может принимать посетителей. Однако сейчас это кажется маловероятным, поскольку даже врачи и медсестры дали подписку о неразглашении сведений о российском пациенте. К распространению информации в медучреждении относятся крайне щепетильно. Об этом говорит, например, то, что прикроватный монитор на единственном фото из палаты Навального заретушировали. Сотрудник Charite пояснил, что если любой снимок или видео утечет в СМИ, ему грозит как минимум увольнение.

«Немцы трусливые — они такого делать не будут», — заметил на этот счет собеседник Daily Storm в Берлине. По этим же причинам он не смог узнать ничего о причинах состояния Навального и прогнозах, которые дают немецкие врачи. Однако, судя по рассказу медика, информационный вакуум вокруг Навального и сухость пресс-релизов Charite обусловлены именно трудностями с его возвращением к нормальной жизни.

В Instаgram пока появилась только одна фотография с Навальным после того, как его вывели из комы. Пост был написан от первого лица: «Я все еще почти ничего не умею, но вот вчера смог целый день дышать сам. Вообще сам...» Сообщение от имени оппозиционера было опубликовано 15 сентября. С того дня он не выходил на контакт с аудиторией. В программе «Навальный LIVE» два дня спустя Любовь Соболь тоже не сказала ничего обнадеживающего. Напротив, она заметила, что «Навальный сильно исхудал» и что придется «запастись терпением, потому что процесс восстановления займет, конечно, многие недели».

«Не нужно ожидать, что Навальный вышел из комы, встанет вприпрыжку и побежит, будет записывать какие-то видео... Восстановление будет долгим», — добавила она.

О том, что Навальный пробует вставать с постели, администрация Charite сообщила 14 сентября. Daily Storm пытался уточнить подробности у врача Навального Анастасии Васильевой, но она ответила, что не вправе говорить с журналистами на эту тему. 10 сентября Spiegel писал, что Навальный «может говорить и, вероятно, вспомнит то, что происходило с ним в самолете». Но позитивную заметку сразу же опровергла пресс-секретарь оппозиционера Кира Ярмыш. В своем Twitter она заявила, что статья «очень сильно преувеличена и содержит много фактических неточностей».

В Институте фармакологии и токсикологии Вооруженных сил Германии ранее заявили, что СМИ не получат данных о том, как Алексею Навальному ставили диагноз. Такой ответ на запрос информации получил российский телеканал RT. В учреждении при этом подчеркнули, что удалось неоспоримо доказать присутствие в организме Алексея Навального боевого отравляющего вещества группы «Новичок».

Атмосферу секретности вокруг Алексея Навального с самого начала пытались развеять российские власти. Но несколько запросов, направленных в Берлин, остались без ответа. 7 августа Генпрокуратура РФ официально запросила у Министерства юстиции Германии данные о лечении оппозиционера, а также результаты анализов на наркотики, яды, тяжелые металлы и ингибиторы холинэстеразы. Второе письмо прокуроры направили 14 сентября, изложив просьбу о предоставлении объяснений от немецких врачей и копий документов, касающихся лечения и обследования Навального.

Кроме того, когда Следственный комитет передал заявление Фонда борьбы с коррупцией (ФБК)* о возбуждении уголовного дела по факту госпитализации Навального в Омске в управление МВД на транспорте по Сибирскому федеральному округу, полицейские планировали направить запрос немецким коллегам и попросить о возможности присутствия российских следователей и эксперта при проведении следственных действий с Навальным, врачами и экспертами в Германии.

Российские дипломаты, в свою очередь, попытались получить консульский доступ к Алексею Навальному, выяснил «Коммерсантъ». Такое право у МИД РФ есть в соответствии с Венской конвенцией о консульских сношениях 1963 года.

Еще в начале сентября министр иностранных дел Германии Хайко Маас пообещал, что запрос России о правовой помощи в расследовании случившегося с Алексеем Навальным будет удовлетворен. Однако спустя почти две недели, 18 сентября, глава МИД России Сергей Лавров заявил, что и в Берлине, и в Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО), уходят от ответов на вопросы российской стороны. Глава пресс-службы Кремля Дмитрий Песков заметил, что в этой истории «слишком много абсурда, чтобы кому-то верить на слово. Поэтому на слово мы никому верить не собираемся».

* ФБК, ФЗПГ и штабы Навального признаны экстремистскими организациями в России по решению суда. ФБК и ФЗПГ также признаны в РФ НКО — иностранными агентами.