Бывшие муж и жена Рашид Читаев и Татьяна Третьякова годами делили через суд пятерых детей. Мужчина не стал дожидаться решения Фемиды и попросту выкрал отпрысков. Младших детей — близнецов Ренату и Руслану он увез в конце сентября. Ворвался в дом бывшей жены и ее родителей и забрал дочерей. Хотя следователи действия Рашида квалифицировали как похищение и объявили его в розыск, он абсолютно уверен, что ничего не нарушил: «Дети — мои, что хочу, то и делаю». Об этом мужчина заявил на своей странице в соцсети и в коротком видеоролике, который попал в редакцию «Шторма».
«Я забрал своих детей, я реализовал свое родительское право, которое на протяжении нескольких лет государство не могло защитить, — сказал Рашид Читаев, ныне — гражданин Германии. – Я настоятельно прошу: отстаньте от моих детей, оставьте нас в покое. Мы пытаемся цивилизованно, в судебном порядке, решить спор, чтобы было хорошо прежде всего детям».
В связи с этим возникает вполне логичный вопрос. Насколько цивилизованно врываться в чужой дом, без ведома матери забирать детей и на их глазах отшвыривать пожилую женщину? Но у Читаева, по всей видимости, свое представление о цивилизованности.
Он абсолютно уверен, что дети должны жить с ним. Аргумент у него один: Татьяна исповедует не ту веру и состоит в «секте» пятидесятников. Хотя деятельность этой религиозной организации разрешена на территории Российской Федерации. Дети ходят в детский сад и школу, им ничего не угрожает и есть где жить. Но для Читаева это ничего не значит.
«Он надеется, как и в прошлый раз, вывезти детей в Германию», — рассказала «Шторму» уставшая от бесконечных тяжб мать.
Несколько лет назад Рашид, уроженец Чечни, попросил политического убежища в Германии. Получив его, Читаев вместе с Татьяной и их первенцем Далилой выехали за рубеж. Уже там у них родились Расул и Марха. По словам Татьяны, когда они переехали, у Рашида проявились деспотичные черты характера.
«В Москве мы жили с моими родителями, и он себе ничего такого не позволял, — рассказала Татьяна. — В Германии он начал тотально меня контролировать, ни шагу нельзя было ступить без его ведома. Все телефонные звонки для меня он переадресовал на свой телефон. Я хотела пойти на курсы немецкого — не пустил. Ему надо было, чтобы я от него была абсолютно зависима».
