Отвращение — базовая эмоция Путина

Каждая пресс-конференция Владимира Путина влечет подробные разборы ответов президента, поиски скрытых смыслов, ошибок в цифрах и смешных анекдотов. Последняя встреча Владимира Владимировича со СМИ не стала исключением. В 2017 году Путин разговаривал с журналистами на протяжении трех часов 42 минут и успел ответить на 65 вопросов.

Эксперт-профайлер Светлана Грунина изучила выборку из самых интересных, на наш взгляд, вопросов и помогла разобраться в вербальном и невербальном языке президента, чтобы понять, что может вывести Путина из равновесия. 

Профайлинг: что и зачем?

Светлана Грунина убеждена — большую роль в поведении Путина играет то, что президент долгое время работал в спецслужбах.

«Большинство людей, которые попадают в определенные структуры, попадают туда не просто так. Случайного человека нельзя научить контролировать эмоции — к этому должна быть предрасположенность», — рассказывает эксперт, добавив, что нервную систему невозможно научить не испытывать страх или отвращение.

Можно научиться лучше контролировать свои эмоции, но стать «человеком-каменное-лицо» не получится.

Вопрос-Ответ

Вывести Владимира Путина из равновесия — даже провокационным вопросом — задача довольно сложная, рассказывает Светлана Грунина. Чего, например, нельзя сказать о Собчак, которая задавала президенту вопрос о конкуренции на предстоящих президентских выборах. Владимир Владимирович никак эмоционально не отреагировал на критику со стороны теледивы и не дал понять, что у него в голове. Он слушал, анализировал и думал, что сможет сказать на это.

Когда президент уточнил, какую позитивную повестку предлагает нынешняя оппозиция помимо лозунга «против всех», Собчак тут же, сидя на своем месте, попыталась что-то выкрикивать, отвечая на провокацию президента.

«Таким образом Владимир Владимирович использует  этот провокационный вопрос в сторону Собчак и с легкостью стирает ее позицию», — заключил эксперт.

Эксперт-профайлер подметила классический прием, которым воспользовался президент, отвечая на вопрос Татьяны Фельгенгауэр, — согласие с критикой. Этому, по словам Светланы, учат на любых курсах переговорщиков. Журналистка «Эха Москвы» задавала вопрос о верховенстве права, обратив внимание президента на то, что в стране отдельно существуют две правовые реальности. В одной из них в тюрьме сидят Кирилл Серебрянников, Олег Навальный, а в другой — Игорь Сечин позволяет себе не приходить в суд на рассмотрение важнейшего политического процесса. 

«Когда в ваш адрес звучит яркая критика, в любой форме, единственным правильным решением будет согласиться, а не пытаться оправдываться. Оправдание — это слабая позиция, которая только лишний раз подтвердит правоту критика», — комментирует реакцию президента Грунина. 

В такие моменты глава государства отчасти соглашается: «Да, у нас действительно большое количество трудностей». То есть избегает конфликтной ситуации. Зачастую собеседник не знает, как дальше реагировать на такой ответ, так как прогнозирует другое развитие событий.

Однако после согласия звучит «но», а дальше президент перечисляет моменты, с которыми он не согласен, тем самым перенося вопрос в другую плоскость.

Одним из наиболее ярких моментов стал вопрос польского журналиста Анджея Зауха о рухнувшем польском самолете под Смоленском в 2010 году. В авиакатастрофе погиб президент Польши Лех Качиньский. По версии польского корреспондента, причиной падения самолета стал теракт, подготовленный российскими спецслужбами.

«В своем вопросе журналист не обвиняет, но намекает, что может быть не сам Путин, но спецслужбы были как-то причастны к авиакатастрофе. Это, наверное, единственный вопрос, который серьезно зацепил президента», — рассказал психолог.

Действительно, отвечая на вопрос западного журналиста, президент не поскупился на эмоции. С самого начала президент дал слабину и начал оправдываться: «Напомню, что в 2010 году я был представителем правительства Российской Федерации...» Затем в адрес журналиста полетели встречные обвинения: «Если даже что-то подложили, самолет откуда взлетал? Вот у себя и ищите!»

«Во время ответа Путин надавил на жалость, когда сказал о том, что мы вместе с Польшей переживали, а теперь они накручивают обвинения, — рассуждает эксперт. — И действительно, после можно увидеть реакцию журналиста, который выразил на лице сдерживание эмоций, значит, президент попал туда, куда нужно».

Переход на личности

Общаясь с человеком, можно заметить, что на протяжении нескольких минут он будет проявлять микровыражения одной-двух эмоций чаще, чем других. Такие эмоции являются базовыми и зачастую это не учитывается экспертами при разборе личности. По словам Груниной, основной эмоцией президента является отвращение. Это проявляется в характерном поднимании носогубки, вслед за которой уходит верхняя губа. 

Это, повторимся, не означает, что Путин без исключения к каждому своему собеседнику или заданному вопросу относится с отвращением, это лишь базовая эмоция, привычка человека. Психолог рассказала, что эта эмоция подразумевает не только неприятие ситуации, происходящей вокруг человека, но и попытку изменить ее. Как правило, в лучшую, по мнению человека, сторону. Это мнение может быть ошибочно, но человек мыслит исключительно из благих намерений. 

Люди с характеристиками Путина являются хорошими ораторами, которые умеют грамотно подстраиваться под аудиторию. Такой человек фокусируется на потребностях аудитории (как в случае с пресс-конференцией), его главной задачей становится необходимость подстроиться под эту публику.

«В своих выступлениях Путин использует много метафор и анекдотов для объяснения сложных вещей простыми словами. То есть вам не нужно понимать, почему важно вкладываться в военную промышленность, достаточно ограничиться анекдотом про часы и кортик», — рассказывает профайлер.

Материал подготовлен в сотрудничестве с компанией «ПРОФАЙЛ ГРУПП»