Пашаев идет ва-банк: как устроена стратегия защиты Михаила Ефремова

Михаилу Ефремову грозит от 5 до 12 лет лишения свободы за смертельное ДТП, которое произошло на Смоленской площади в Москве. Актера защищает Эльман Пашаев — эпатажный адвокат с криминальным прошлым, который при очевидных обстоятельствах происшествия взял курс на непризнание вины. Коллеги Пашаева убеждены, что это часть его стратегии, основанной на презумпции невиновности и юридических неточностях, которые может допустить сторона обвинения. Сам Пашаев заявил Daily Storm, что «идет против цунами», поэтому действует крайне аккуратно, а главное — это отсутствие прямого доказательства вины.

Процесс по делу Михаила Ефремова стартовал 5 августа. За это время сторона обвинения и потерпевшие предоставили свои доказательства, подтверждающие вину актера в смертельном ДТП. Сам Ефремов еще в июне записал видеообращение, в котором извинился перед семьей погибшего курьера Сергея Захарова. 

«Может быть, поймут, что это не попытка откупиться, а попытка искупить. <...> Отмазываться, включая связи и знакомства, — не собираюсь и не буду. Да и как тут отмажешься, когда все все видели», — говорил Ефремов. 

Однако 5 августа стало известно, что текст для видеообращения Ефремова придумал его адвокат — Эльман Пашаев. С тех пор «гражданин поэт» стал отрицать вину, заявляя, что «ничего не помнит».

«Для обывателя — все просто: один жив — виноват, другой погиб — не виноват. Но на самом деле уголовные дела о ДТП очень неочевидны. <...> В подобных делах имеют значение множество факторов: время года, время суток, освещение, модель и марка автомобиля, техническое состояние авто и даже состояние здоровья водителей. Здесь же нужно установить причинно-следственную связь между гибелью человека и нарушением ПДД», — рассказал Daily Storm глава коллегии адвокатов «Жорин и партнеры» Сергей Жорин. 

Его коллега — адвокат Алексей Михальчик — объясняет, что в случае с ДТП со смертельным исходом у стороны защиты есть два варианта стратегии. Первый заключается в признании вины — таким образом, у подсудимого есть шанс получить минимальный срок. Второй — не признавать вину, ссылаться на презумпцию невиновности. Тогда потерпевшая сторона должна предоставить свои доказательства. 

«У Пашаева в принципе тактика защиты складывается из того, чтобы не признавать вину и давить на презумпцию невиновности: пусть доказывает сторона обвинения. Понятно, что это вызывает некие эмоции, но с точки зрения права вина не считается доказанной, пока не вступил в силу приговор суда. Так что поводов смеяться и критиковать Эльмана Пашаева не вижу», — объяснил Daily Storm Михальчик.

На суде сторона потерпевших уже предоставила часть доказательств. Александр Добровинский — адвокат семьи погибшего курьера Сергея Захарова — говорит, что автомобиль Ефремова был в исправном состоянии. Следы пота и бактериальные клетки, которые специалисты обнаружили на стороне водителя, согласно исследованию ДНК, принадлежат актеру. 

В крови Михаила Ефремова специалисты нашли следы алкоголя, марихуаны и кокаина. Несмотря на это, психологическая экспертиза показала, что актер вменяем. 

«Остается не так много вариантов. Экспертизы уже есть, но нужно ставить их под сомнение, указывать на огрехи, методику, состав экспертов и тому подобное. <...> Как видим, Пашаев указывает на пробелы со стороны доказательств стороны обвинения. Такими пробелами могут быть как противоречия в показаниях свидетелей, так и отсутствие четкой видеозаписи, где подсудимый сидит за рулем», — рассуждает Михальчик. 

Опрошенные Daily Storm адвокаты говорят, что суду не обязательно иметь на руках прямые доказательства вины подсудимого, так как они оцениваются по совокупности. Как правило, генетической экспертизы и показаний свидетелей бывает достаточно, чтобы сделать вывод о том, что человек был за рулем.

Однако 18 августа Эльман Пашаев пообещал привести в суд по делу о смертельном ДТП тайного свидетеля. По его словам, он должен доказать невиновность артиста. Пашаев попросил суд дать защите перерыв на один день, чтобы свидетель добрался до Москвы. 

В социальных сетях суд над Михаилом Ефремовым называют «отвратительным фарсом», клоунадой и шапито. Каждое судебное заседание проходит в сопровождении группы поддержки актера, в которую входят женщины в возрасте. Они считают, что за рулем Grand Cherokee «был каскадер», а машину Сергея Захарова на самом деле везли на тросе.

«У многих артистов есть свои фан-клубы, и когда дело касается какого-то деятеля эстрады, они [фанаты] сами организовываются и приходят поддержать», — объяснил Сергей Жорин появление бабушек перед зданием суда. 

Сами адвокаты приезжают на заседания на люксовых иномарках, вступают в перепалки на судебных заседаниях, при этом охотно общаются с журналистами, раскрывая «адвокатскую тайну и высказывая суждения, несовместимые с существом адвокатской профессии».

По этому поводу Федеральная палата адвокатов даже возбудила дисциплинарные дела в отношении Эльмана Пашаева и Александра Добровинского. Опрошенные Daily Storm эксперты считают, что подобное поведение представителей может отразиться на решении суда. 

«Суды в России очень часто идут на поводу у общественного мнения. В данном случае общественное мнение более чем очевидно. <...> Это может оказать решающее значение. Меня, наверное, юристы осудят за это, но я неоднократно сталкивался с тем, что конкретное отношение судьи к тому или иному адвокату сказывалось на оглашенном вердикте. Это не прописано в законе и не должно иметь значение, но по факту суд может вынести более суровое наказание только потому, что не понравился защитник», — поделился Сергей Жорин.  

По его словам, клиенты иногда ставят сами задачу преподнести процесс в СМИ под особым углом. 

«Если от меня это требуют, я делаю, но только в рамках закона и адвокатской этики. Но за других адвокатов я говорить не могу», — заявил Жорин. 

Пан или пропал

«Мы не можем предсказывать решения суда, но если мы сравним с делами аналогичного характера, где подсудимый не признает вину или отрицает ее, то по аналогичным делам приговоры выносятся обвинительными», — заявил Алексей Михальчик. 

Его коллега — адвокат Дмитрий Аграновский — считает, что иногда проще признать вину, чтобы выйти из разбирательства с минимальными потерями. 

«Наш уголовный процесс носит сугубо обвинительный характер, оправдательные приговоры составляют менее 1%. Оправдательные приговоры по большей части есть в суде присяжных. Но в обычных судах проще признать вину, чтобы дали поменьше срок», — пояснил Аграновский.

Однако шанс получить реальное наказание для своего подзащитного — не единственный риск, на который пошел Эльман Пашаев. Если приговор для Ефремова будет обвинительным, то у суда не будет веских оснований для снижения срока, полагает Сергей Жорин. 

«Признание вины, возмещения морального и материального вреда — суд это учитывает. В данном случае все смягчающие обстоятельства — это только его госнаграды и былые заслуги», — резюмировал Жорин. 

Сам Эльман Пашаев заявил Daily Storm, что главное — это отсутствие прямого доказательства вины.

«Мы вины не признаем. <...> Не путайте меня с другим представителем, который сначала журналистам рассказывает все, — у меня стратегия другая. Мы идем против цунами крайне аккуратно. Самое главное, что показания свидетелей расходятся и нет прямого доказательства вины. Само собой — я придерживаюсь презумпции невиновности. На данный момент это все, что я могу вам сказать. Остальное будет видно потом», — сказал Daily Storm Эльман Пашаев.