Русские школы Прибалтике не нужны

Русскоязычное образование в Прибалтике давно уже под жесткими санкциями. И его все дальше загоняют в темный угол, делая вид, что лингвистический вопрос не стоит в принципе. Хуже всего дело обстоит в Латвии. Там ни в одном учебном заведении не осталось предметов на русском языке. Школьники могут выбрать его в качестве иностранного, но обычно этого не делают: смысла учить русский несколько часов в неделю нет — дети его и так знают. Обещания со стороны политиков помочь в решении вопроса так и остаются разговорами. Европейское сообщество тоже спокойно закрывает глаза на нарушение прав национального меньшинства.

Латвия, Литва и Эстония — страны, где нацменьшинства составляют значительную часть населения. В Латвии и Эстонии крупнейшее меньшинство — это русские, в Литве они вторые после поляков.

И хотя в каждой из трех стран на русском говорят буквально везде, — в магазинах, ресторанах, в транспорте — официального статуса язык не имеет. В Эстонии и Латвии он считается иностранным. В Литве статус русского вообще законодательно не определен.

При всей своей «неофициальности» русский язык долгое время довольно плотно присутствовал в образовательной сфере — при желании родители всегда могли отдать ребенка в школу, где преподавание ведется на русском. Формально это можно сделать и сейчас, но возможностей все меньше и меньше — ситуация с русскими школами очень сильно изменилась за последние годы. Вопрос является весьма болезненным для всех вовлеченных в него сторон.

В латвийских школах русского языка не будет. Совсем.

В самом сложном положении русский язык находится в Латвии, хотя он и является языком общения для 27% населения страны и более чем половины жителей Риги.

В 2018 году был принят закон, согласно которому после 2021 года во всех средних школах преподавание должно вестись только на латышском языке. Реализация реформы начнется с 1 сентября 2019 года и продлится вплоть до 2021 года — к этому моменту предметов на русском языке в латвийских школах остаться не должно. Сохранятся лишь занятия непосредственно по самому языку и русской литературе. 

Социал-демократическая партия «Согласие» попыталась оспорить законность такого решения, но в конце апреля Конституционный суд Латвии постановил, что все полностью соответствует законодательству страны.

При этом и частные русскоязычные школы подпадают под действие реформы с нового учебного года, несмотря на разговоры о том, что негосударственные школы это обойдет стороной. То же касается и частных вузов.

Учителя в государственных высших учебных заведениях Латвии лишились возможности вести предметы на русском языке самыми первыми — еще в 90-е годы.

На этом законодательные инициативы не заканчиваются. В середине июня фракция «Нацобъединение» предложила включить вопрос о переводе рижских детских садов на обучение исключительно на латышском в повестку следующего заседания комитета по образованию, культуре и спорту. Представители фракции считают, что эту задумку можно реализовать уже в 2020-2021 годах.

На самом деле детские сады для нацменьшинств уже подверглись некоторым модификациям с языковой точки зрения. Согласно новым правилам, утвержденным латвийским кабмином в ноябре 2018 года, государственный язык должен быть обязательно интегрирован в повседневный учебный процесс, но пока без полного отказа от русского.

Депутат Европарламента от партии «Русский союз Латвии» Мирослав Митрофанов рассказал Daily Storm, что хоть националисты малой кровью и протащили реформу среднего образования, с детскими садами так не получится, потому что с ними история несколько сложнее и нужно согласие каждого региона в отдельности плюс основания для реформы.

«Они [«Нацобъединение»] не просто так взялись именно за Ригу — хотят обкатать нововведение на городе с большим населением», — отмечает Митрофанов.

Фактически уже принятые латвийскими политиками меры сводят возможности для получения русскоязычного образования на нет.

При этом такой предмет, как «русский язык», не исчезает, но остается на усмотрение школьников.

«Русский язык попадает в категорию предметов по выбору, наряду с другими иностранными языками. Конечно, в основной массе школьники его не выбирают, потому что большинство и так на нем говорят. Это тоже такой хитрый ход властей», — объясняет Митрофанов.

Стоит отметить, что русскоязычное образование могло исчезнуть из Латвии гораздо раньше — еще 15 лет назад.

В 2004 году реформу уже почти приняли, но тогда массовые акции протеста по всей стране стали причиной того, что идею отложили до лучших времен. Нельзя однозначно сказать, что почва стала более благодатной в 2018-м, но в этот раз обстоятельства сложились несколько по-другому.

1 мая 2018 года люди снова вышли на улицы: в акции приняли участие около 10 000 человек — для Латвии это действительно много. Почему тогда не получилось повторить успех 15-летней давности? Дело в том, что лидер партии «Согласие» и бывший мэр Риги Нил Ушаков заявил тогда, что не потерпит балагана и цирка, запретил представителям партии участвовать в каких-либо протестах и пообещал, что вопрос обязательно решится через суд. В дополнение к этому он попытался убедить русское нацменьшинство, что найдутся и другие опции, например, дополнительные занятия в школе.

По словам Митрофанова, четыре пятых протестующих ему поверили, но якобы Ушаков уже на тот момент понимал, что ничего не будет.

Суд был проигран, а самого мэра отправили в отставку из-за коррупционного скандала. 1 июля 2019 года Ушаков стал депутатом Европарламента.

Однако даже после этих событий и своеобразного предательства «Согласия» русское нацменьшинство все еще считает опального мэра своим лидером и надеется на его помощь в больном языковом вопросе.

Тем временем «Русский союз Латвии» не оставляет попыток организовать очередные массовые протесты. Последняя была предпринята 1 мая 2019 года. Правда, людей было уже вполовину меньше — всего 4500. В сентябре, как раз к началу нового учебного года, недовольные реформами латвийцы снова собираются выйти на митинг.

Митрофанов также рассказал, что была попытка заручиться поддержкой со стороны депутатов Европарламента, но из 750 человек за русские школы подписались только 116, и то двое потом отозвали свои подписи. 

«Они говорят, мол, мы вам сочувствуем, но официально поддержать не можем. Все просто стараются избегать этой темы и делают вид, что ничего не происходит», — вспоминает Митрофанов.

Какой-то позитивный посыл исходит по большому счету лишь от Европейского свободного альянса, который как раз объясняет в себе партии, отстаивающие интересы нацменьшинств, в том числе и в части образования на родном языке — будь то баски, жители Южного Тироля, баварцы или финские шведы.

На волне поражений в языковой войне появилась идея получения дистанционного образования в российских школах, которая уже даже нашла свою реализацию, но, как отмечает Митрофанов, при всех плюсах этой инициативы она имеет ряд изъянов, которые, прежде всего, связаны с тем, что одному из родителей придется уйти с работы и постоянно находиться дома с ребенком. Соответственно, массовой эта тенденция вряд ли сможет стать.

По мнению депутата, дальше — больше, и близок тот день, когда в Латвии начнут штрафовать за использование русского языка.

Кстати, в стране есть и те, кому повезло чуть больше, чем школьникам. Например, представители частного бизнеса отвоевали себе право вести переговоры на том языке, на котором им будет удобно. Кроме того, все митинги, публичные мероприятия, концерты, а также НКО тоже находятся вне языковой регуляции.

Эстония: а что там у латышей?

Мирослав Митрофанов отмечает интересную тенденцию со стороны Эстонии в вопросе русскоязычного образования: они смотрят, что получается в Латвии, и пытаются аккуратно это повторить.

Тем не менее ситуацию с русскими школами там нельзя назвать плохой, напротив, в сравнении с Латвией все кажется вполне приемлемым. Сейчас в Эстонии функционирует более 70 русских школ. Правда, соотношение предметов на эстонском и русском должно составлять 60/40 в пользу первого. А русскоязычного населения там почти столько же, сколько в Латвии.

При этом в 2018 году в Эстонии действительно пытались пойти по латвийскому сценарию. Либерально-консервативная Партия реформ инициировала законопроект о полном переводе обучения в детских садах и школах на государственный язык, который поддержала и президент страны Керсти Кальюлайд.

Русские школы спасла Центристская партия Эстонии. Ей удалось подписать коалиционное соглашение с Консервативной народной партией (EKRE) и Isamaa («Отечество»), в котором закон об основной школе и гимназии остался без изменений.

Более того, в начале июля мэр Таллина Михаил Кылварт открыто высказался за сохранение русского языка в эстонских школах. По его словам, город будет и дальше придерживаться принципа свободы выбора модели и языка обучения. При этом Кылварт выступает и за повышение качества преподавания эстонского языка в детских садах и школах.

Глобально Эстония пока идет по пути двусторонней языковой интеграции, но это не значит, что так будет всегда, учитывая, что в стране много тех, кто считает русский язык угрозой, и в их числе президент Кальюлайд.

«Эстония находится в выжидательной позиции — если русских в Латвии дожмут, то они пойдут по тому же пути», — считает Митрофанов.

Литва стоит особняком

В отличие от соседних республик, русское нацменьшинство в Литве составляет даже меньше 5% и уступает по количеству тем же полякам.

В сравнении с Латвией и Эстонией самые первые образовательные реформы относительно нацменьшинств здесь произошли только в 2011-м, а не в 90-х, как у соседей.

Тогда было принято решение перевести преподавание некоторых предметов на литовский язык (например, истории и географии) и уравнять количество часов на изучение родного языка и литовского соответственно.

2018 год и для Литвы стал периодом законодательных инициатив в части образования нацменьшинств. Партия «Союз отечества — Христианские демократы Литвы» предложила вести 60% школьных предметов на литовском, подобно тому, как это происходит в Эстонии. А чуть позже появилась инициатива сместить существующий баланс часов, отведенных на языки, и отдать приоритет государственному.

Пока, правда, конкретных решений по данным предложениям принято не было.

Литва отличается еще и тем, что с нового учебного года в Клайпедском государственном университете можно будет выбрать программы обучения на русском языке. Это можно назвать в определенной степени знаковым решением для Прибалтики, хотя и с оглядкой на то, что Литва — не та страна, где русское нацменьшинство является проблемой.

Мирослав Митрофанов также подтверждает, что Литва находится несколько в стороне от этой темы и не особенно приглядывается даже к тому, что происходит со школами для нацменьшинств в той же Латвии.

«Понимаете, в Литве в принципе не стоит вопрос о русских школах, но там другое — чисто идеологический контроль со стороны властей», — комментирует Митрофанов.

С идеологией действительно сложнее. Весной общественность активно травила руководителя Ассоциации учителей русских школ Литвы, учителя истории Эллу Канайте. Причиной стали два поста в Facebook со статьями о Второй мировой войне в интерпретации российских историков.

Местный журналист Альгис Раманаускас обвинил Канайте в том, что она-де преподает в школе «неправильную» историю, полную «пропагандистских клише». Министр образования поблагодарил журналиста за наводку и пообещал разобраться в ситуации.

В результате из-за агрессивной кампании в СМИ и давления со стороны Департамента образования Вильнюсского самоуправления Канайте из школы ушла.