Статья «Преступное сообщество» как инструмент следователей в делах чиновников и предпринимателей

В последнее время следствие использует статью об организации преступного сообщества (210 УК РФ) в качестве основной мотивировки для ареста крупных фигур. Если раньше ее применяли в отношении организованных банд, то теперь главные действующие лица — известные люди: бывший министр по вопросам Открытого правительства Михаил Абызов, временно отстраненный сенатор Рауф Арашуков, миллиардер Зиявудин Магомедов, экс-замминистра культуры Григорий Пирумов. И это еще не полный список публичных людей, которым по этой статье грозит срок лишения свободы вплоть до пожизненного.

Статья «Организация преступного сообщества» стала универсальным инструментом в отношении «неугодных лиц» — об этом корреспонденту Daily Storm в приватной беседе рассказал сотрудник следственных органов (просил не называть его имя в материале).

«Если раньше 210-я возбуждалась вкупе с 209 УК РФ «Бандитизм», то теперь основные создатели сообщества — это коммерсанты. Иногда по этой статье проходят банды вымогателей или черных риелторов, но реального состава (полноценной доказательной базы по конкретной статье УК РФ. — Примеч. Daily Storm) по ним нет. Чаще бывает, когда сверху спускают указание на эту статью», — пояснил собеседник издания.

За прошедший год в следственной практике было как минимум четыре громких случая возбуждения 210-й статьи в отношении лиц, имена которых знает вся страна.  

Преступные миллиардеры и бывшие чиновники

Весной 2018 года, в обычную субботу, информационное поле буквально взорвалось. СКР задержал председателя совета директоров группы «Сумма», миллиардера Зиявудина Магомедова, его брата экс-сенатора Магомеда и главу компании «Интекс» (входит в «Сумму») предпринимателя Артура Максидова. Мужчин обвинили в участии в преступном сообществе, организованном Зиявудином Магомедовым для хищения государственных средств на сумму 2,5 миллиарда рублей.

Следователи полагают, что предприниматели похитили деньги при реконструкции дороги «Чуйский тракт», строительства стадиона в Калининграде для чемпионата мира по футболу — 2018. Фигуранты дела и их защитники категорически отвергают предъявленные обвинения и заявляют о заинтересованности неких лиц, которым выгодно нахождение коммерсантов в СИЗО.

2019 год начался с ареста действующего сенатора Рауфа Арашукова. Кроме участия в преступном сообщества, которое по словам следователей организовал отец сенатора Рауль, Рауфа Арашукова обвиняют в организации двух убийств. Мужчина был задержан прямо на своем рабочем месте в Совете Федерации. В тот же день Басманный суд столицы удовлетворил ходатайство следствия и отправил чиновника в СИЗО.

По версии Следственного комитета, Арашуков-младший организовал убийство замглавы молодежного движения «Адыге-Хасэ» Аслана Жукова и советника президента Карачаево-Черкесии Фраля Шебзухова. Преступное сообщество, в свою очередь, как утверждает следствие, создал отец сенатора Рауль Арашуков вместе со своими приближенными. Целью группировки было хищение природного газа.

Второй громкий арест 2019 года — решение отправить в СИЗО как минимум на два месяца бывшего министра по вопросам Открытого правительства Михаила Абызова. Как считает следствие, Абызов и его сообщники обманули акционеров ОАО «Региональные электрические сети» (РЭС) и ОАО «Сибирская энергетическая компания» и похитили у них четыре миллиарда рублей. Деньги были выведены за границу.

Несмотря на солидный залог в миллиард рублей, поручительства главы РОСНАНО Анатолия Чубайса и бывшего вице-премьера Аркадия Дворковича столичный суд санкционировал арест высокопоставленного чиновника. Затем арестовал его имущество и полмиллиарда денежных средств.

Григорий Пирумов, чиновник рангом пониже, — бывший заместитель министра культуры. Он уже был осужден в 2017 году на полтора года по так называемому делу реставраторов. Сразу после приговора экс-чиновник вышел на свободу, так как суд засчитал ему время нахождения в СИЗО. Однако оказалось, что одним преступлением бывший замминистра не ограничился. Пирумов вновь отправился в СИЗО. На этот раз по делу о мошенничестве при реконструкции Эрмитажа. Буквально на днях стало известно, что следствие обвинило Пирумова и других фигурантов по статье 210 УК РФ. Пирумову отводится роль организатора. 

Максимальная санкция по 210-й статье — пожизненное лишение свободы. Все вышеперечисленные фигуранты, кроме Рауфа Арашукова, также обвиняются и по одной из самых «популярных» в предпринимательской среде статей Уголовного кодекса — «Мошенничество в особо крупном размере» (часть 4 статьи 159 УК РФ). Санкция по ней не столь строгая, максимальное наказание — 10 лет лишения свободы.

Раулю Арашукову и Магомедовым предъявлено обвинение еще и в крупной растрате (часть 4 статьи 160 УК РФ). Максимальное наказание — все те же 10 лет. Если представить и убрать у бизнесменов статью о преступном сообществе, то даже при самом суровом прокуроре и самом суровом приговоре суда максимальный срок составил бы менее 10 лет, с учетом частичного сложения наказания и времени, которые мужчины провели в СИЗО.

Сторона защиты

Адвокат Дарья Евменина уверяет, что давление и санкция по 210-й статье вынуждают обвиняемых оговаривать себя, заключать досудебные соглашения о сотрудничестве, в рамках которых оговаривают уже не только себя, но и других.

В качестве примера адвокат Дарья Евменина привела «дело Гайзера». В нем она представляла интересы экс-главы Коми, а человеком, согласившимся на сделку со следствием, стал Константин Рамаданов, бывший зампред правительства Коми. Он подписал все документы о признании вины и дал расклад на остальных фигурантов дела. Что, впрочем, не сильно ему помогло: он получил семь лет колонии строго режима. Но другие подсудимые, в том числе и Вячеслав Гайзер, могут отправиться в места лишения свободы на еще больший срок.

Евменина уверена, что следователи, работая по 210-й, не считают обязательным доказывать роль каждого обвиняемого в каждом конкретном преступлении, например в мошенничестве. Достаточно найти свидетельства, что люди просто связаны между собой. И рабочие, и дружеские связи обвиняемых могут запросто интерпретировать как преступные.

Другой адвокат, Дагир Хасавов, отмечает, что профессионализм следствия падает и 210-я статья выбирается для улучшения показателей отделов.

«На мой взгляд, следственные органы всегда подбирают статью с резервом санкции, то есть более тяжкую, чем реальный состав преступления. Это связано с тем, что профессионализм следственных работников падает, они не уверены изначально в результатах собственной профессиональной работы и опасаются, что суд может переквалифицировать обвинение на менее тяжкую, что портит их внутреннюю корпоративную статистику по раскрываемости», — поясняет защитник.

Хасавов поддержал свою коллегу и добавил, что чаще следователи изначально выбирают статью с большей санкцией, нежели факт преступления. В этом случае выше шанс получить признательные показания, используя «тяжелую» статью и шоковое состояние арестованных.

«На бездействующую статью 210 УК РФ пошла «мода» с начала прошлого года. Так, в деле экс-чиновников Дагестана фигурировала эта устрашающая статья, которая впоследствии отпала», — говорит адвокат.

По словам Хасавова, его подзащитному — бывшему заместителю премьер-министра Дагестана Раюдину Юсуфову — было предъявлено обвинение только в растрате. Однако, учитывая, что семь уголовных дел было объединено в одно и принято к производству СК РФ, в этом деле фигурировала статья 210 УК РФ, от которой следствие в последующем отошло, не найдя признаков организованного преступного сообщества в правительстве Дагестана.

Адвокат Хасавов опасается, что применение данной статьи может превратиться в конвейер. Это может развязать руки недобросовестным следователям и судьям, что позволит «отжимать» бизнес с помощью угрожающих сроков.

«Адвокатам-защитникам придется хорошо поработать со следствием и в судах, чтобы применение этой статьи не стало конвейерной, в условиях отсутствия беспристрастных и независимых судов. Наличие такой статьи позволяет заинтересованным лицам отдать бизнес обвиняемых, для которых самым важным и значимым становится свобода, за что они готовы заплатить дорогую цену», — отмечает он.

«Трансформации капитала» начались, например, у братьев Магомедовых. Их бизнес попал под удар одновременно с самими предпринимателями. В мае прошлого года Тверской суд Москвы арестовал счета некоторых активов группы «Сумма». Судом наложена санкция на арест денежных средств, изъятых у фигурантов после обысков, однако сумма арестованных денег не разглашалась. Уже будучи в изоляторе «Лефортово», Магомедовы продали «Транснефти» 50% кипрской Novoport Holding, владеющей 50,1% Новороссийского морского торгового порта (об этом писал РБК со ссылкой на собственные источники). Кроме того, ВТБ выкупил почти четверть акций в ПАО «ТрансКонтейнер» у компании FESCO, где более 30% принадлежит Зиявудину Магомедову.

На этом потери предпринимателей не закончились: ВТБ также собирается приобрести Объединенную зерновую компанию (ОЗК), где почти 50% владеет «Сумма». Сделка пока не оформлена. Еще одна компания, входящая в основной актив Магомедова, «Глобалэлектросервис», подала иск о взыскании 17,1 миллиарда рублей с владельца «Суммы» Зиявудина Магомедова, его брата Магомеда и еще 14 лиц, писало РАПСИ. В «Глобалэлектросервисе» в августе 2018 года введена процедура наблюдения. В свою очередь, по данным Forbes, личный самолет Зиявудина Магомедова Gulfstream G650 выставлен на продажу компанией-производителем за 54 миллиона долларов.