«Троица Саркози»: диктатор, прокурор и финансисты

Обвинение против экс-президента Франции Николя Саркози стоит на трех «китах» — уголовных делах, которые изначально не были связаны между собой. Но теперь судебные следователи используют информацию из одного, чтобы продвинуться в разработке другого. Однако у этого подхода есть свой минус: рухнет одно обвинение — не устоят и остальные. «Шторм» рассказывает о том, в чем подозревают республиканца и есть ли у него шансы остаться свободным человеком с незапятнанной репутацией.

«Николя Саркози помещен под стражу». Такие заголовки появились на передовицах всех мировых СМИ 20 марта 2018 года… и 1 июля 2014 года.

Тогда для бывшего президента Франции визит в полицию Нантера (это пригород Парижа, где находится антикоррупционное подразделение, судебные следователи из которого задерживали Саркози — и сейчас, и в 2014 году) завершился относительно безболезненно. Он провел под стражей 15 часов, был допрошен по обвинению в коррупции, после чего отправился на телевидение рассказывать о полицейском беспределе и кознях Франсуа Олланда.

Но по большому счету это была лишь попытка сохранить хорошую мину в крайне опасной для экс-президента ситуации.

Цена победы

Николя Саркози обвиняют в трех серьезных преступлениях. Два из них они связаны с избирательной кампанией 2007 года, когда Саркози первый и единственный раз стал президентом Пятой республики. Третье – с неудачным президентским походом в 2012 году.

Чтобы разобраться, почему полиция преследует Николя Саркози, надо рассказать об этих выборах.

Во Франции, чтобы стать президентом, обязательно нужно тратить много денег. Действующий лидер страны Эммануэль Макрон — отличная иллюстрация для этого тезиса. Бывший банкир, близкий к клану Ротшильдов, вложил в избирательную кампанию 2017 года 16,5 миллиона евро (и это лишь официальные траты), а его соперница Марин Ле Пен — только 12,5 миллиона. Результат всем хорошо известен.

В 2007 году за пост номер один боролись республиканец Николя Саркози (53% — во втором туре) и социалистка Сеголен Руаяль (47% — во втором). По документам они потратили на кампанию примерно одинаковые суммы. 21 миллион евро — Саркози, и 20,7 — Руаяль. Никто из их соперников не сумел собрать и 10 миллионов.

Однако журналисты выяснили, что на самом деле Саркози потратил куда больше. Им помог выйти на след сын покойного лидера Ливии Муаммара Каддафи – Саиф. В беседе с репортерами Euronews в 2001 году он рассказал о связях Саркози с джамахирией:

«Саркози должен вернуть деньги, которые он получил из Ливии для своей избирательной кампании. Мы финансировали его кампанию, и у нас есть доказательства этого. Мы готовы раскрыть их все».

Через три дня после этого интервью началась военная операция стран НАТО во главе с Францией и Великобританией в Ливии. Саиф Каддафи попал в плен к боевикам (его освободили только в 2016 году), и никаких документов по выплатам Саркози обнародовать не успел. Но французские журналисты запомнили его слова и начали самостоятельно искать доказательства нечистоплотности действующего президента.

Дело первое. Деньги диктатора

В 2012 году (за несколько месяцев до очередных президентских выборов) близкое к социалистам издание Mediapart (его учредитель — бывший главный редактор центристской Le Monde троцкист Эдви Пленель — товарищ Франсуа Олланда) вышло с разоблачительным материалом в стиле WikiLeaks об избирательной кампании Саркози.

Из документов, которые оказались в руках журналистов Mediapart, следовало, что в 2006 году Муаммар Каддафи перечислил Николя Саркози на его избирательную кампанию 50 миллионов евро (в два с половиной раза больше, чем официально потратил кандидат от республиканцев).

Деньги шли через панамские фирмы ближайшего союзника Саркози Бриса Ортефе (в 2007 году в новом правительстве он стал министром по делам миграции, а в 2009-м возглавил МВД Франции) и один из швейцарских банков.

Условия сделки Брис Ортефе согласовывал с главой ливийской разведки Абдуллой Сенусси в маленькой, затерявшейся среди гор деревушке Монпейру — в 20 километрах от Клермон-Феррана, столице одного из самых бедных регионов Франции.

Николя Саркози обвинил Mediapart во лжи и потребовал от судебных властей привлечь журналистов к ответственности за порочащие его честь публикации. Но очиститься от обвинений при помощи одних лишь громких заявлений республиканец не сумел: 6 мая 2012 года он проиграл второй тур президентских выборов Франсуа Олланду.

После переезда из Елисейского дворца неприятности Саркози, который утратил влияние на силовые структуры и так называемый черный кабинет (неофициальное объединение полицейских и разведчиков, которое служит политическим интересам действующего президента. — Примеч. «Шторма»), не закончились.

В апреле 2013 года французские следователи открыли дело о финансировании избирательной кампании в 2007 году. Этому немало поспособствовали заявления высокопоставленных сторонников Каддафи, которые утверждали, что Mediapart говорит правду, а Саркози недостоин доверия во всех смыслах этого слова.

Дело второе. Прокурор из Бордо

Одновременно набирало ход другое дело — тоже о деньгах для кампании Саркози в 2007 году. По версии прокуратуры, богатейшая женщина Франции владелица L'Oreal Лилиан Бетанкур в обход закона давала республиканцам сотни тысяч евро на борьбу с Сеголен Руаяль.

От этих обвинений Николя Саркози удалось очиститься осенью 2013 года. Отчасти благодаря тому, что дело переехало из недружелюбного Нантера на запад Франции — в главный винный регион страны Бордо. Судья, рассмотрев все материалы по делу Бетанкур, пришла к выводу о невиновности Саркози.

Только тот оправдательный вердикт оказался для экс-президента пирровой победой. Весь 2013 год, пока шли слушания по делу Бетанкур, телефоны Николя Саркози и его сторонников стояли на прослушке. Республиканец потом громко и яростно возмущался по этому поводу, сравнивая методы французских следователей с тем, что делало Штази в ГДР. Но какой бы спорной ни казалась тактика спецслужб, результат она дала.

Следователи узнали, что Николя Саркози вместе со своим адвокатом «наводил мосты» к помощнику генерального прокурора Жильберу Азиберу, работавшему в Кассационном суде Бордо — том самом, который оправдал экс-президента по делу Бетанкур. Именно об этом с Азибером и договаривались. За положительный результат в суде он должен был получить престижную должность в Монако. Правда, это обещание Саркози так и не сдержал.

Дело третье. Поддельные счета для неудачной кампании

Летом 2014 года в копилку дел против Саркози добавилось еще одно: о незаконном финансировании неудачного президентского похода в 2012 году. Через дружественную республиканцам компанию Bygmalion выписывались поддельные счета-фактуры на миллионы евро, которые позволяли скрывать реальные расходы штаба Николя Саркози.

В результате эти три дела стали своего рода «троицей французского правосудия»: с одной стороны — сами по себе, с другой — едины и неделимы.

Например, 4 марта 2014 года следователи обыскали дом адвоката Саркози по делу о прослушке, но пытались обнаружить доказательства связи экс-президента с Каддафи.

В итоге 30 июня 2014 года полицейские из Нантера собрали достаточно улик, чтобы задержать и допросить адвоката Саркози и Жильбера Азибера из Бордо. На следующей день состоялось наделавшее шуму первое задержание экс-президента Франции.

Тактика Саркози

Но надо отдать должное Саркози. Он разобрался в тактике своих противников и даже нашел временное противоядие: тормозишь одно дело — тормозишь все.

В сентябре 2014 года адвокаты Саркози буквально засыпали жалобами суд Парижа. Чтобы разобраться со всеми претензиями бывшего президента, судебные следователи приостановили на время расследование по его делам.

Активные действия возобновились только в мае 2015 года, когда Саркози допросили по делу о прослушке. Но уже в сентябре возникла новая пауза — на три месяца. Столько потребовалось Конституционному суду на то, чтобы разобраться, мог ли Азибер повлиять на решение в Бордо.

В декабре 2015 года Саркози продолжил портить жизнь своим противникам и потребовал отстранить от дела одного из судебных следователей. Правда, получил отказ. Зимой 2016 года экс-президент в Кассационном суде оспорил законность процесса против себя. Снова потерпел неудачу, зато получил очередную отсрочку.

В это время во Франции начиналась новая президентская кампания, триумфатором которой стал Эммануэль Макрон, и о Николя Саркози все на время забыли. Тишину нарушило лишь заявление прокуратуры о готовности направить в суд дело о прослушке. Это произошло в сентябре 2017 года.

Однако активных действий тогда не последовало.

Сегодняшнее задержание Саркози — самое заметное действие судебных следователей начиная с 2014 года. Особой пикантности этой новости придает одна интересная деталь: по информации французских СМИ, вместе с экс-президентом был задержан Брис Ортефе, который лично встречался с ливийцами, а значит, знает все о сделках Саркози с Каддафи.