Бывший вице-президент России Руцкой — о шансах спасти СССР, ошибках Ельцина, глупости Горбачева и Навальном

32 года назад танки по приказу Бориса Ельцина расстреляли Белый дом. Многие называют то время «черным октябрем» и эпизодом гражданской войны. Непосредственный его свидетель — бывший вице-президент России Александр Руцкой. В большом интервью Daily Storm он вспомнил про политический конфликт 1993 года, а также про события, напрямую предшествовавшие ему. Руцкой выразил мнение, что удержать на плаву огромную державу под названием СССР было вполне реально, если бы у руля стоял волевой и умный человек. По словам политика, Михаил Горбачев к такой категории не относился, а в разрушении Советского Союза активничал член Политбюро ЦК КПСС Александр Яковлев. Хватало провалов и у Ельцина, считает Руцкой.

— Александр Владимирович, как часто вы вспоминаете события «черного октября» 1993 года?

— Это забыть просто невозможно! Никак и ни при каких обстоятельствах. Это один из этапов жизни. Конечно, тяжело вспоминать. Это был государственный переворот. А то, что сегодня происходит, — это эхо событий 1993 года. Потому что тогда уже было понятно, куда пошла страна. Она поэтапно превращалась в колонию. Ну а сегодня мы в яме.

— Давайте вернемся чуть назад — к краху СССР. Что, на ваш взгляд, стало его причиной?

— Каких только умозаключений я не читал! Одни говорят, был распад, другие — уничтожение Союза. Но если мы возьмем толковый словарь, то посмотрим, что распад — процесс нарушения единого целого или прекращение существования в результате этого. А разрушение однозначно исключает возможность восстановления. Скорее всего, произошел не распад, а уничтожение СССР. Когда в этом обвиняют Горбачева, Ельцина — я всегда говорю: «Ребята, давайте посмотрим на их интеллект». У Горбачева — интеллект знатного тракториста в сельском поселении и не более того. То же самое Ельцин. Какая может быть ментальность, интеллект у прораба-штукатура? Ноль! Автором уничтожения СССР был один человек с, кстати, очень высоким интеллектом — Александр Николаевич Яковлев.

— Расскажите подробнее об этой фигуре члена ближайшего политического окружения поподробнее, а также в чем именно заключалась его роль в развале советского государства.

— Считаю, он резидент и агент разведки ЦРУ. Это уже доказано. Председатель КГБ Крючков говорил мне в приватной беседе, что Яковлев завербован, и об этом было доложено Горбачеву. Но он запретил его разрабатывать. Вообще, «архитектором» перестройки был не Горбачев, а Яковлев. В 1983 году Горбачев (говорю иронично) «случайно» оказался в Канаде, где познакомился с послом Яковлевым. И уже в 1985-м, будучи руководителем, пригласил предложил ему возглавить Институт мировой экономики и международных отношений. И тут же Яковлев становится членом политбюро ЦК КПСС. И понеслось! Первое, что делает в 1987 году пленум ЦК КПСС, — перестройка на новый государственный курс. Это был старт разрушения СССР. А если взять тезисы перестройки и попытаться определить их научность, — это просто лозунги. Пошла подмена человека советского на человека ментального. А это потеря свободы, независимости. И люди (столкнувшиеся с дефицитом товаров) воспринимали эту глупость, которая называлась перестройкой, как что-то, в перспективе решающее проблемы, существующие перед обществом и человеком. Горбачев поручил курировать Яковлеву кадровую политику, внешнюю, внутреннюю, идеологию. По сути дела, курировать управление страной. В сентябре 1989 года Яковлев готовил пленум ЦК КПСС о новой национальной политике. Предлагалось республикам, входящим в состав СССР, дать статус суверенных, независимых социалистических государств. Про этот пленум вообще не говорил никто! Тут же после него, 26 мая 1990 года, Азербайджан первым заявил о своем суверенитете. Потом Грузия, РСФСР, Узбекистан, и понеслось! На этом пленуме предлагалось республикам и автономиям, входящим в состав РСФСР, также дать статус независимых государств. Вот вам статья Ленина 1914 года о праве нации на самоопределение, которую поддержал Троцкий. А идея заключалась в том, чтобы развалить Российскую империю. Сталин не дал ей сработать, объединив территории в Советский Союз, а сработала она в 1989-1990 годы.

— Участие СССР в военных действиях в Афганистане обходилось стране дорого и так же могло быть одной из предпосылок ее уничтожения?

— Это высасывание из пальца. США воюют по всему миру, но там ничего подобного не происходит. Не надо с больной головы на здоровую и обратно перекидывать!

— Как считаете, был ли все же шанс спасти СССР как державу?

— Да. Если бы вместо Горбачева генеральным секретарем ЦК КПСС стал человек с высоким уровнем интеллекта, грамотный. Ведь Горбачев — совершенно безграмотное существо. Во время августовского путча я вывозил его с женой с крымской дачи в Форосе. Ельцин (которого постоянно подогревал Александр Лебедь докладами, что вот-вот будет арест руководства РСФСР) метался в машину начальника своей охраны Коржакова, бежать в американское посольство. Я его раза три останавливал, а 21 августа говорю Ельцину: «Хватит! Давайте я полечу в Форос за Горбачевым». Я, замглавы МВД Дунаев и Евгений Примаков на автомобиле внутренних войск двинули во Внуково. Я там угнал самолет Ту-154, на котором собирался лететь Янаев (вице-президент СССР, который был формальным руководителем ГКЧП. — Примеч. Daily Storm). Если бы я не привез Горбачева — неизвестно, чем бы это ГКЧП закончилось! Потому что вся Москва была заполнена армейскими частями. У министра обороны Язова никогда голова не работала в позитивном направлении. Он тоже из категории людей, не обремененных интеллектом.

— Горбачева с Крыма в Москву доставили без проблем?

— Он говорил: «Я полечу на своем самолете». Но я ему сказал, что нет. Когда мы подъехали к даче, там стояли Язов, председатель КГБ СССР Крючков и председатель Верховного Совета СССР Лукьянов. Они сказали: «Он не арестован. Но нас к Горбачеву не пускает его охрана». А мы с Примаковым и Дунаевым взяли пару спецназовцев, и нас пустили на дачу. Горбачев начал жаловаться, что его якобы заблокировали. Я спросил: «А чего вы Язова с Крючковым не пускаете?» А Михаил Сергеевич говорит: «Да пошли она на!..» И дальше понеслась ненормативная лексика. Мы стояли на коридоре, и тут по лестнице спустилась жена Горбачева. Она подумала, что их приехали арестовывать. В самолете я накрыл стол, мы выпили по рюмочке, и Раиса Максимовна говорит: «Миша, гони ты эту всю свору куда подальше! Вот посмотри на Руцкого, который, рискуя собой и своими ребятами, приехал нас спасать! Где твои друзья, кто хоть бы один прилетел бы к нам?» Горбачев ответил: «Ты права. Но Руцкой своеобразный человек, неадекватный». А на третий день после возвращения в Москву (24 августа) Горбачев сложил с себя полномочия генсекретаря ЦК КПСС.

— Официально точка в прекращении существования СССР была поставлена подписанием Беловежских соглашений...

— Никого не привлекли за это к ответственности! Я ночью услышал по радио о Беловежском соглашении, о ликвидации СССР. Я у Ельцина до этого уточнял: «Если журналисты будут спрашивать цель вашего визита в Белоруссию, что ответить?» Борис Николаевич сказал: «Мы летим подписывать соглашение об экономическом сотрудничестве». Обманул меня! Я сразу же набрал Горбачеву и попросил с ним встретиться. Приехал к нему и спросил, как понимать действия Ельцина. Горбачев сказал, что это какое-то недоразумение. Но я поправил его: «Это не недоразумение, а преступление. Открывайте Уголовный кодекс, там все четко указано. Дайте мне полномочия, самолет, я сейчас позвоню Дунаеву, возьму спецназ, который вас с Фороса вытаскивал, и привезу этих клоунов (Ельцина и Бурбулиса. — Примеч. Daily Storm) в Москву». Надо было видеть, как Горбачев начал бегать по кабинету и изображать, что стоят подслушивающие устройства! Я его предупредил, что он получит пинка под зад из Кремля. Горбачев призвал в ответ не драматизировать. Но я в итоге не ошибся.

— Какие ошибки, на ваш взгляд, допускал Ельцин на посту президента?

— Кадровая политика. Начал ставить министрами людей, не имеющих отраслевого образования, опыта. Это просто какой-то идиотизм! Я не раз говорил: «Борис Николаевич, так делать нельзя. Неужели нет опытных достойных людей, ваших товарищей и знакомых?»

Он меня как-то попросил возглавить комитет по борьбе с коррупцией и преступностью. Я хоть и не юрист, но взялся за это дело. И попался Абрамович. Но Борис Николаевич сказал его не трогать. Потом оказалось, Абрамович — человек Ельцина. При выводе войск из Германии сплошной грабеж был! Разворовывание боевой техники и материально-технической базы было. Ведь все можно было сделать совершенно по-другому.

Но когда Ельцин в 1992 году в Конгрессе США в обращении сказал: «Боже, храни Америку!» — все, я лично в своих отношениях с Борисом Николаевичем поставил точку. Для меня это предательство. Я прошел такое в афганском плену, что врагу не пожелаешь, но не предал страну! Не нанес на карту базовые районы, где находятся склады, порядок вывода войск. Я терпел, но не предал! А когда Ельцин публично делает такие заявления — ну извините, все.

Он обещал мне, когда приглашал стать вице-президентом, дать курировать ВПК, а дал сельское хозяйство и борьбу с коррупцией. Причем сам же и мешал с ней бороться. И то, что он творил с приватизацией... А как распродавали Тихоокеанский флот?! От его продажи в бюджет страны поступило семь тысяч долларов. Вы думаете, я не принес ему докладную, куда деньги делись? Принес!

— Александр Владимирович, что вы думаете о начальнике службы безопасности главы государства Александре Коржакове, который написал книгу «Борис Ельцин: от рассвета до заката» и рассказал много личных историй из жизни президента?

— Считаю, он вывалял в грязи и самого шефа, и его семью. Я не позволял себе лезть в чьи-то семейные дела, копаться в грязном белье. Не знаю, какие у Коржакова могут быть претензии к Ельцину. Он ел с руки Бориса Николаевича. Все, что он имеет, — получил от Ельцина! Я никогда не позволял себе обзывать его пьяницей. А Коржаков... Трогать семью, внутреннее содержание человека — это неправильно! А тем более трогать покойного. Он ведь написал эту книгу, когда Борис Николаевич уже умер. Расскажу вам историю. Я был на дне рождения у Иосифа Кобзона, и туда Коржаков тоже был приглашен. Он бежит навстречу мне с этой книгой, мол, хочу подарить. Я ему грубо говорю: «В жопу засунь себе ее и ко мне никогда не подходи!» Коржаков постоянно дул в уши Ельцину, что Руцкой подпиливает тому стул. Я говорил с иронией Борису Николаевичу: «Давайте я отращу длинные волосы и на лбу сделаю татуировку: «Я не хочу быть президентом». Чтобы ее не было видно, волосами закрою. А когда к вам буду приходить — их зачешу назад. Я не карьерист, и буду с вами столько, сколько скажете. Надо — готов уйти».

— В завершение интервью также хотелось бы узнать ваше отношение к фигуре покойного Алексея Навального. Насколько корректно сравнить его выступления и взгляды с молодым Ельциным?

— Я не хочу говорить о нем хорошо или плохо. Просто той информацией, которой обладал Навальный... Где он ее брал? Я вот был должностным лицом, считай вторым человеком в государстве, а у меня такой информации, как у Навального, не было, и я ее нигде не мог найти. Поэтому задайтесь вопросом: откуда этот молодой симпатичный человек брал все данные о коррупции, о счетах в заграничных банках? Ее давали западные спецслужбы. Но в большей степени наши. А дальше он ушел к праотцам. Потому что стал неудобен. Стал озвучивать то, что неприятно на слух. Не вижу никакого сравнения между Ельциным и Навальным. Борис Николаевич был своеобразный человек. Он, когда был председателем Верховного Совета РСФСР, мне нравился устойчивой позицией, он говорил то, что думает.