Маргарита Симоньян: Голос Russia Today стал по-настоящему слышен, и мы стали объектом травли со стороны мейнстримовских СМИ

В канун Нового года Daily Storm взял интервью у самого цитируемого и авторитетного журналиста 2018 года — Маргариты Симоньян. Коллектив Russia Today может быть спокоен: их главный редактор не переходит на ВГТРК, а остается вместе с ними отстаивать интересы России и россиян за рубежом. Диалог Daily Storm с Симоньян проходил в переписке (даже находясь в законном отпуске, главред RT работает), и мы публикуем все без изменений.

От себя добавлю, что, на мой взгляд, Маргарита Симоньян — самый открытый главный редактор в государственных СМИ. Эта хрупкая женщина с фантастической силой духа стала символом Русского мира, защитницей россиян в других странах.

— Маргарита Симоновна, Вы стали самым цитируемым журналистом за 2018 год. Что такое цитируемость? Это количество упоминаний Вашей персоны в СМИ. И у этих упоминаний есть характеристика, как позитивная, так и негативная. Вы или Ваши помощники, скорее всего, изучали, с какой характеристикой упоминаний про Вас больше?

— Моя цитируемость — это в основном именно цитируемость. То есть нейтральные цитаты того, о чем я пишу и рассказываю. Согласно «Медиалогии», я стала самым цитируемым журналистом благодаря интервью с Бошировым и Петровым, историям вокруг ареста рэпера Хаски, за которого я вступалась, и ареста Кирилла Вышинского, который, к сожалению, до сих пор сидит в украинской тюрьме.

— К чему я хотела спросить про позитив и негатив. В медийной сфере раньше было противостояние между государственниками-консерваторами и «либералами», сейчас оно переросло в противостояние между теми, кто за RT и кто против. Вы стали медиаменеджером номер один в стране. Вы — девушка из народа, журналист, работавший в полях, и Вы не вливаетесь в, так сказать, тусовку уже забронзовевших Эрнста, Добродеева, но и к таким, как Венедиктов и Доренко, Вас тоже не отнесешь. Где Вы сами? Какая Вы? Вокруг Вас собираются журналисты различных политических взглядов, ЛОМы, Вы решили сформировать новую журналистику в стране?

— Вот это новость для меня, что противостояние сейчас между теми, кто за RТ и кто против. Спасибо за высокую оценку моего медиаменеджерства, мне лестно, хоть я и не воспринимаю такие вещи всерьез. Олег Борисович Добродеев, упомянутый Вами, — мой учитель, очень открытый и бесконечно благородный человек. Не знаю, что считается его «тусовкой», но я очень рада, что мы регулярно общаемся, недавно имели честь кормить их с супругой моими вкусняшками у нас дома. Эрнст, Венедиктов и Доренко тоже абсолютно доступные люди. Что касается новой журналистики — я тут ни на что не претендую, поверьте. Мне просто физически неприятно, когда нормальные люди, каждый из которых может приносить пользу стране, заняты войной друг с другом. У нас полно настоящих врагов — и внутри, и снаружи. У меня зубы сводит, когда мы собачимся друг с другом из-за каких-то лагерей, в которых я даже разбираться не хочу. Мне хочется, чтобы все нормально общались и помогали делать страну лучше — освобождать людей из тюрьмы, помогать тем, кому тяжело, исправлять тупые законы и инициировать новые, не тупые. Если ресурсы, которыми я руковожу, могут объединить нормальных людей, я счастлива.

— Отдать должное RT: подход к подаче новостей — ироничный, заставляющий человека задуматься. Это отличает от других российских госСМИ, которые реально подают информацию с долей агрессии. И если лажает Первый или «второй» канал, то к ним претензий особо нет, привыкли. Но если у Вас случилась ошибка, накидываются все — свои СМИ, зарубежные СМИ. К примеру, история с бургером Путина. Вы разбирались потом по этой теме?

— Сюжет про бургер мы удалили и извинились сразу, как только выяснилось, что акция с «бургером Путина» была личной инициативой отдельных сотрудников ресторана, а не его администрации. От ошибок не застрахован ни один новостной канал, работающий 24/7. Особенно когда случаются брейкинг-ньюз и картина меняется каждую секунду. Но мы аккуратны — так, как вообще возможно быть аккуратными, работая в новостях. Мы находимся под лупой регуляторов в разных странах, которые следят за нашим эфиром и ищут любой, малейший наш промах, чтобы нас прищучить.

— Вы сами берете интервью у Петрова и Боширова. В ходе разговора Вы посмеиваетесь над ними и не добиваете их вопросами. На какую аудиторию рассчитано это интервью? Вы разговаривали с британскими/европейскими коллегами, кто-то поверил в то, что они не отравители Скрипаля?

— Не знаю, им не показалось, что я «не добиваю» их вопросами. Они же прямо во время интервью сказали, что думали, пришли за защитой, а пришли к прокурору. Мы, как и вы, — журналистская организация. В наши задачи не входит заставить кого-то во что-то поверить или не поверить. Нашей задачей было взять самое эксклюзивное интервью года, за которым гонялись все СМИ. И мы это сделали.

— Ваше противостояние с британской Би-би-си очень интригует. Откуда пришел скрин: «Редакция требует крови»? Разговаривали ли Вы с коллегами из Би-би-си?

— Свои источники мы раскрывать не можем. Важно, что Би-би-си подтвердила подлинность этой переписки. На этих скриншотах журналист Би-би-си — русская девочка — пишет другому журналисту во Францию: давайте найдем русский след на парижских протестах. Тот журналист отвечает: да нет тут никакого русского следа. Но журналист Би-би-си настаивает: «А может, какой-нибудь русский бизнес наваривается на этом сейчас хорошо? Может, они там котлеты массово едят, например? Редакция требует крови».

— «Русская служба Би-би-си», издание «Проект» — Вы говорили, что они копают под Вас, ищут любой компромат? В итоге их расследование по Вам и Вашей сестре Алисе Симоньян не вышло, — возможно, ничего не накопали, а возможно, Вы сами все раскрыли и им стало неинтересно. Расскажите про сестру, чем она занимается? Контракты доставать очень тяжело в наше время, это мы по себе знаем.

— Моя сестра ведет пиар Крымского моста в качестве штатного сотрудника «Стройгазмонтажа» — компании, которая строит Крымский мост. Она организовала и курировала инфоцентр моста — организацию, через которую распространяется вся информация, видео, графика о строительстве, осуществляется все общение со СМИ и общественностью. Все, что вы видите про мост, делает ее команда. То, что россияне, по опросам, назвали открытие моста событием года — результат работы в первую очередь, конечно, строителей, но и ее команды, безусловно. Любое хорошее дело можно повернуть наоборот, если нет нормального инфосопровождения. Еще десять лет назад Алиса, живя в Сочи, работала над созданием первого олимпийского информцентра для СМИ и кол-центра для местных жителей. Работала руководителем пресс-службы «Олимпстроя». Организовывала пресс-туры на все объекты, которых было больше 800, встречи чиновников с общественностью, работала с переселенцами. Подчеркиваю — работала в штате, на обычной зарплате, ни к каким контрактам, ни к их распределению, ни к получению она никогда не имела отношения. После Олимпиады решила попробовать поработать на себя. Зарегистрировала ИП. У нее нет ни «агентства», ни «компании», которую искали расследователи. Ее нанимают люди, которые знают ее работу.

— После того как Вы рассказали, что Би-би-си и «Проект» пишут про Вас расследование, вышел материал на одном из Telegram-каналов про журналистов Рубина и Козлова, с их фотографиями. Потом британская газета Times опубликовала фотографии и личные данные журналистов российского агентства Sputnik. Потом Guardian со ссылкой на «Дождь» сообщает, что кто-то слил в ВК фотографии журналистов Би-би-си в России. Как Вы считаете, как должны между собой разбираться СМИ?

— СМИ вообще не должны между собой разбираться. Примерно с 2011 года, как голос RT стал по-настоящему слышен, мы стали объектом травли со стороны мейнстримовских СМИ. Американские таблоиды смаковали подробности увольнения нашей ведущей Лиз Уол в прямом эфире. При этом, как потом выяснили американские же расследователи из Truthdig, весь скандал был буквально по минутам срежиссирован в центре, который возглавлял муж Виктории Нуланд, помощницы госсекретаря США. Мейнстримовские СМИ сделали из этой ведущей звезду, потом организация, спонсируемая британским правительством, платила ей за то, чтобы она нас поливала помоями, и теперь она собирается баллотироваться в конгресс. Та самая британская газета Times за одни выходные опубликовала сразу семь статей про RT и Sputnik. О том, какие мы ужасные и как с нами надо бороться. Устраивала публичное давление на наших рекламодателей, фактически принуждая их уходить с нашего канала. В это же время Wall Street Journal устраивал такую же публичную травлю кабельным сетям в США, которые включали нас в свои пакеты. Washington Post была вынуждена удалить вранье в том числе и про RT, после того как им на это указали сотни читателей. Немецкие СМИ даже засылали к нам шпионов. Годами западные СМИ каждый день публикуют о нас «расследования», возмущенные статьи в стиле советских газет, вранье под видом разоблачений, призывы нас запретить и уничтожить, пугалки и ататашки. А мы читаем это и забавляемся.

— История с ВГТРК. Назначают — не назначают. Кто запустил кампанию против Симоньян? Кому это выгодно?

— Мне тоже интересно. Идет какая-то заказная кампания, очевидная уже всем, в чем-то забавная, в чем-то неприятная. У вас отлично получается расследовать, может, раскопаете и это? Буду очень рада. На ВГТРК я точно не пойду, если Вы об этом.

— О личной жизни: почему Вы не хотите оформить отношения с мужем официально? Каждая девочка мечтает о свадьбе!

— Прямо вот каждая?:)) Не знаю. Я никогда не мечтала о свадьбе, более того, всеми силами всю жизнь избегала покушений на свою свободу. Никогда не ставила штамп в паспорт и не примеряла белые платья. К тому же белое полнит:) На самом деле свадьба у нас все-таки будет. На этом настаивает и Тигран, и наша пятилетняя дочь:) Она должна была состояться в минувшем сентябре, мы уже даже забронировали помещение и пригласили гостей. Но этот год оказался очень жестоким к моей семье. Один за другим тяжело заболели несколько человек — от мала до велика. Двое не выкарабкались и ушли из жизни. Тигран с пониманием отнесся, что в такой ситуации я не могу веселиться и танцевать, у меня траур и непреходящие заботы о тех, кто продолжает болеть. Это не считая работы и других проблем. В общем, свадьбу мы пока отменили.

— Фильм «Крым». Вы выясняли, кто запустил ботов, которые негативные отзывы оставляли и рушили рейтинг картины? Пишете ли Вы новый сценарий?

— Широкая общественность узнала о ботах из вашего расследования, вы — крутые. Очень хотела бы узнать больше, но не знаю. Сейчас я пишу книгу про RT, которую мне заказало одно крупнейшее издательство.

— Планирует ли RT запускать шоу на YouTube?

— Обязательно! Ждем не дождемся.

— Часто говорят: кремлевская пропаганда. Часто с Кремлем общаетесь, существует ли для Вас цензура?

— С Кремлем я общаюсь часто, но не по вопросам цензуры, а скорее, по тем, о которых речь в Вашем следующем вопросе.

— У Вас сложился образ защитницы Русского мира. Вы помогаете людям в получении гражданства, активно боретесь за права россиян за рубежом. У Вас много проектов по помощи людям и внутри страны, но Вы их скрываете. Почему? Почему Вы не рассказываете, какая Вы, ведь никто не запомнит Вас за Ваши мысли?

— Вот спасибо на добром слове. Я рада, что Вы видите наши усилия по оказанию помощи людям. Но я не могу об этом рассказывать. Иногда очень хочется, но язык не поворачивается. «Делай добро и бросай его в воду» — помните советский мультик? Вот и я помню.

— Почему RT не пишет, как нарушаются права европейцев, про коррупцию в других странах? Нам как-то жаловались ребята из Amnesty, что российские СМИ интересует только коррупция внутри страны.

— Оооооо, мне кажется, мы много об этом пишем и рассказываем. Наоборот, нас упрекают, мол, их критикуете, а наших проблем не замечаете. На самом деле мы замечаем и то и другое. И будем стараться стать еще лучше.