Сергей Митрохин: Из партии меня вынесут только вперед ногами

В пятницу, 8 июня, в столичном отделении партии пройдет конференция по выдвижению кандидата от партии «Яблоко» на выборы мэра Москвы. Делегатам придется выбирать между председателем московского отделения «Яблока» Сергеем Митрохиным, главой городского муниципального округа «Гагаринский» Еленой Русаковой и главой муниципального округа «Якиманка» Андреем Моревым.

«Шторм» пообщался с фаворитом предвыборной партийной гонки Сергеем Митрохиным, которого некоторые его оппоненты называют бессменным и чересчур твердолобым.

Так называемая команда московского оппозиционера и политтехнолога Максима Каца желала Митрохину поражения на внутрипартийных праймериз и по сути этого добилась, если бы не одно «но». Победитель процедуры отбора кандидата, глава Тверского муниципального округа Москвы Яков Якубович неожиданно для всех взял самоотвод и попросил поддержать кандидатуру Митрохина.

Слухи и предположения того, что на самом деле произошло, переполнили всю московскую оппозиционную тусовку и интернет-сообщество.

Согласованный ли Митрохин кандидат? Какова здесь роль Явлинского? Уйдет ли Митрохин из партии из-за оскорбления ее руководства или все же принесет извинения Эмилии Слабуновой и Николаю Рыбакову?

Эти и другие вопросы мы задали Сергею Митрохину лично.

— Сергей Сергеевич, какие у Вас шансы быть выдвинутым от родной партии на выборы мэра столицы? Как я понимаю, Вы обвиняете руководство «Яблока» в игре против Вас…

— К сожалению, складывается именно такое впечатление. Руководство встало на сторону моих оппонентов и всячески помогает им решить эту задачу, а именно — не допустить моего выдвижения. С этой же целью таким образом специально были организованы праймериз, чтобы там практически невозможно мне было победить.

Второй тур автоматически работал против меня. С самого начала было ясно, что будет организовано прицельное голосование против меня лично. В этих условиях второй тур — это пуля в затылок.

— После победы Якубовича на праймериз и оглашения результатов Вы впрямую обвинили председателя «Яблока» Эмилию Слабунову и ее заместителя Николая Рыбакова в том, что они виноваты в Вашем поражении и именно они сделали все, чтобы не допустить Вас до выборов. Вы назвали их «аппаратной кликой» и обвинили в уничтожении московского отделения партии. До сих пор так считаете?

— Я эту позицию не скрываю, я ее заявил еще тогда, когда только утверждалась схема праймериз. Они хотели не допустить моего выдвижения. Свою позицию я не меняю.

Конечно, эмоционально я был напряжен, когда результаты огласили. Но суть моих высказываний не меняется… Да, возможно, я чуть резко высказался. Я готов принести извинения тем, кто обиделся… Вот Вы опубликуйте — и это будут им извинения.

— Как раз слухи в Telegram-каналах заключаются в том, что Слабунова и Рыбаков пошли к Явлинскому с жалобой на Вас…

— Да так оно и было, видимо. Это очень на них похоже… Все от меня требуют каких-то там извинений, вот у Вас я и опубликую их. Суть моего анализа этой ситуации не меняется. Я считаю, что главная задача праймериз – не выдвинуть конкретного кандидата, а задвинуть конкретного кандидата, то есть меня.

Когда я услышал результаты голосования, я просто подтвердил то, что говорил раньше. По сути ничего нового не сказал. Однако под влиянием эмоций, связанных с результатами, я, возможно, высказался слишком резко. Поэтому я готов принести извинения тем, кто на меня обиделся. Конкретно — Эмилии Слабуновой и Николаю Рыбакову.

Я так всегда делаю, когда на меня кто-то очень сильно обижается, я всегда приношу извинения. И в этот раз я делаю то же самое.

— Стоит ли на повестке дня вопрос о Вашем членстве в партии после всех этих прений? Ходит слух, что Вас могут исключить или Вы сами уйдете из «Яблока».

— Нет! Это моя партия. Где-то там писали, что я собираюсь уходить. Ничего я не собираюсь. Это моя партия, я ее создавал с Явлинским. Че это я должен уходить? Я не понимаю этого.

Я буду бороться за то, чтобы партия придерживалась тех мировоззренческих, идеологических и политических основ, которые я в нее закладывал вместе с Явлинским и другими лидерами партии. Я буду защищать эти основы от атак извне, которые сейчас усилились. Которые нацелены на то, чтобы партия сменила свою идейную парадигму. Вот с этим я буду бороться. Меня, может быть, вперед ногами смогут вынести, но сам я своими ногами из нее не уйду!

— А как насчет согласования Вашей кандидатуры на выборах в мэрии Москвы? Поговаривают, что Григорий Явлинский лично ходил к Собянину и договорился с ним, что на выборы идете именно Вы. Якобы поэтому Якубовича и попросили отказаться от выдвижения по результатам праймериз, так как игра пошла не по плану…

— Мне об этом действительно ничего неизвестно. Со мной Явлинский не обсуждал, что он ходил к кому-то меня согласовывать. Как Вы видите по той ситуации, которая разворачивается сейчас, это делает крайне сомнительной подобную информацию.

Думаю, что если бы это было, то, конечно же, Явлинский бы мне сказал об этом. Поскольку он ничего мне не сказал, то этого точно не было.

— Если мне память не изменяет, то в первом туре, если смотреть по первым местам в бюллетенях, Вы там шли с большим отрывом от Якубовича.

— И арифметически это очень легко объясняется. Если в конкуренции участвует несколько человек, двое или трое, то одного из них очень легко вышибить путем протестного голосования. А если 21 участник, то невозможно! Протестная массовка размазывается между всеми участниками. В результате во всех голосованиях, где все участвовали, по программе и по первому туру, я везде выиграл, поскольку объективно я наиболее поддерживаемый кандидат. А там, где два человека во втором туре были — я и Якубович, — протестная массовка выступила против меня.

Я считаю, что в этой ситуации Яков Якубович поступил порядочно. Он не захотел быть пешкой в чужой игре, не захотел быть инструментом в руках манипуляторов. Считаю, что мы с ним победили вместе. И партия наша победила те силы, которые хотят переставить ее на совершенно другие рельсы.

— Якубович, однако, объяснил совершенно по-другому снятие своей кандидатуры. Имел место разговор с Явлинским, где тот объяснил Якубовичу, что не сможет помочь ему преодолеть муниципальный фильтр и ему придется самому договариваться с единороссами. Неужели Якубович не понимал этого до победы в праймериз?

— Я тоже задал себе этот вопрос, когда с удивлением услышал его объяснение (смеется). Вообще, он говорил не только об этом. Он говорил, что уважает меня за многолетнюю работу в Москве. Что для него мнение Явлинского, который меня поддержал, было очень важно.

Момент, о котором Вы говорите, он все-таки не единственный. Присутствовали и другие факторы. Кстати, многие муниципальные депутаты его призывали сняться еще до голосования. Наверное, это тоже сыграло какую-то роль.

— Как думаете, на Якубовича могла надавить мэрия и вынудить сняться?

— Вряд ли. Он для мэрии гораздо более удобный человек, чем я. Он не так раскручен, как я — это во-первых, во-вторых — он не самый жесткий критик мэрии Собянина.

— С другой стороны, Ваши оппоненты постоянно пеняют Вам, что на выборах столичного градоначальника в 2013 году Вы набрали всего лишь 3,5 процента голосов. Соответственно, возникает вопрос — чего от Вас еще можно дальше ждать после такого?

— Ну и что? Любой человек в той ситуации, когда шла шизофреническая раскрутка Навального, любой человек получил бы мало. Его фактически раскручивала власть. Сегодня такой ситуации нет вокруг какого-либо кандидата. Нет человека, сопоставимого с Навальным по уровню популярности. Его рейтинг упоминаемости был самым высоким в мире на тот момент, я это запомнил.

Это ненормальная и аномальная ситуация, которая в этот раз не повторится. Даже если бы сам Навальный сейчас пошел, такого бы с ним уже не было.

— Скорее да, все-таки пик его популярности приходился именно на те годы.

— Конечно! Этот фактор надо учитывать, а не тыкать все время меня в 3,5 процента. Ну и что? Я многих могу назвать политиков, которые еще меньше брали. И ничего, потом существенно вырастали. Вон, у Ельцина к 1996 году рейтинг был в 3%...

— Ну, его тогда все-таки олигархи накачали, всем известный же факт. У Вас, Сергей Сергеевич, олигархов нет!

— (смеется). Вот, кстати, именно поэтому тогда не было шансов у Явлинского. Поскольку Ельцина накачали олигархи. А Навального пять лет назад накачала сама власть. И те же самые олигархи, которые у нее находятся (смеется).

Сейчас такого фактора не будет. Более того, я приобрел большой опыт после 2013 года, я не залег на диван после выборов. Постоянно работаю, каждый день куда-то езжу, кого-то там спасаю, занимаюсь практической работой, имею опыт работы на земле — это для мэра Москвы очень важная вещь.

Этого всего нет ни у кого из других кандидатов, включая, кстати, Собянина, который работает в кабинете, а не на земле. Показушно ездит в электричках или ленточки перерезает. А у меня реальный опыт, я изнутри знаю все эти проблемы! Все это надо приплюсовать к тому, что было тогда, в 2013-м. Если меня моя партия завтра не задвинет, то я буду кандидатом.

— Якубович снялся, потому что не хотел брать подписи у депутатов-единороссов. Как Вы собираетесь пройти муниципальный фильтр?

— Я уже проходил фильтр в 2013-м, и Навальный проходил. Я не понимаю, что могло измениться за пять лет. Не может же Собянин обойтись без участия оппозиции в выборах, это будет всеобщее посмешище и карикатура на выборы. Кандидату от «Яблока» точно дадут подписи! Точнее, не они дадут, а он их возьмет!

Как было в прошлый раз? Депутатам от «Единой России» разрешили давать подписи тем, кому они хотят. Не запретили, скажем так. Я так и взял.

С Навальным была другая история. Там чуть ли не принудительно за него заставляли подписываться. Но этот штрих говорит о том, что по крайней мере Собянин точно не изменил своим установкам и вряд ли отсечет оппозицию. Я на это рассчитываю, тем более, что у «Яблока» стало гораздо больше собственных муниципальных депутатов…

— Соответственно, Вам не так уж и много надо чужих подписей собрать.

— Конечно, придется что-то у других партий просить. Но, думаю, что это будет гораздо легче, чем в прошлый раз. К тому же увеличился вес «Яблока» — мы теперь вторая по влиянию партия в Москве. Не дать выдвинуть такой партии кандидата — это позорище. Никто на это не пойдет.