Сергей Шаргунов: 282 — это зло

Не прошло и месяца с того момента, как беспартийный коммунист и писатель Сергей Шаргунов на прямой линии с президентом Владимиром Путиным призвал последнего не доводить до абсурда борьбу с экстремизмом. Уже 25 июня парламентарий внес в Государственную думу законопроект о частичной декриминализации 282-й статьи Уголовного кодекса Российской Федерации «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства», которую в оппозиционных кругах принято считать статьей политической.

Совместно с председателем партии «Родина», внефракционным депутатом Госдумы Алексеем Журавлевым, Сергей Шаргунов настаивает, что в России идет «охота на ведьм», а правоохранители возбуждают уголовные дела на людей за их гражданскую позицию, выраженную в пресловутых постингах, лайках и репостах записей в социальных сетях.

26 июня свою подпись под законопроектом поставил еще один коммунист — первый заместитель председателя комитета по образованию и науке Олег Смолин.

Депутаты отмечают, что анализ статистики, публикуемой Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации, показывает устойчивую тенденцию к увеличению числа осужденных лиц по статье 282 УК РФ. В 2012 году число осужденных по части 1 статьи 282 УК РФ составило 118 человек, по части 2 статьи 282 УК РФ — 12 человек.

В последующие годы их число возросло: в 2013 году — 174 и 11 человек, в 2014 году — 258 и 9 человек, в 2015 году – 369 и 9 человек, в 2016 году — 389 и 6 человек, в 2017 году — 460 и 1 человек соответственно. Примечательно, что в 2014-м, 2015-м и 2016 году, по данным того же источника, оправдательные приговоры по указанным составам преступлений отсутствовали.

«Шторм» поговорил с автором законопроекта о частичной декриминализации 282-й статьи УК РФ и выяснил, почему эта тема так сильно беспокоит Сергея Шаргунова.

— Сергей, с предложением декриминализовать статью 282 Вы выступили еще 7 июня на прямой линии с Владимиром Путиным. Теперь внесли законопроект в Госдуму. Почему Вас так сильно заботит эта тема?

— Наверное потому, что я пишу книги. Как я сказал президенту — можно посмертно осудить Пушкина, Толстого, Достоевского, Маяковского. Как пишущий, читающий, мыслящий человек я понимаю насколько важно мыслить свободно. Кроме всего прочего, как депутат я вижу, сколько случаев по стране рьяной охоты на тех, кто высказывает те или иные критические соображения по поводу происходящего и делает это зачастую страстно.

У людей много поводов для возмущения. Лично мне приходилось вытаскивать из тюрьмы Евгению Чудновец, ту самую женщину, которая проявила неравнодушие к издевательству над ребенком и репостнула ролик, сопроводив его своим возмущенным комментарием. За это ее отправили в тюрьму, потом в карцер, ее мучили. Большая радость, что ее удалось освободить, но всех освободить не удается.

— 282-ю следует отменить?

— Я последовательно на протяжении многих лет, еще до того, как стал депутатом, основываясь на большом количестве случаев, когда преследуют людей просто за их взгляды под совершенно нелепым и надуманным поводом и предлогом, выступаю за то, чтобы вообще убрать 282-ю статью.

Да, это моя позиция: 282-я — это зло. Но я реалист. Не только писатель-реалист, но и депутат-реалист. Именно поэтому я предлагаю хотя бы реформировать эту статью и перевести в КоАП, то есть в административку, то уголовное преследование, которое осуществляется за постинги, лайки и репосты.

— Это именно охота правоохранителей за жертвами или все-таки беспорядочное бдение?

— Охота тоже бывает беспорядочной. В данном случае, целью, и мишенью, и жертвой может оказаться кто угодно. Потому что нужны звездочки, потому что нужна отчетность. Кроме всего прочего многие [правоохранители], особенно в провинции, получают отмашку, им кажется, что чем больше они будут привлекать, тем лучше.

К сожалению, как раз в этом и состоит кривая логика людей, которые ранее в правительстве давали отрицательное заключение на подобную инициативу реформировать 282-ю статью. Они говорили: «Слушайте, но ведь каждый год все больше осужденных людей». Да, но это-то и плохо! При желании можно осудить каждого. В том числе всех людей русского искусства, всех наших писателей. Что уж там говорить про ныне здравствующих литераторов?

Я с ужасом подумываю, что сейчас начнут копаться в моих книгах, в книгах писателя Михаила Елизарова, поэта Всеволода Емелина и так далее. И что? Всех наших судить? Причем ведь это не только обязательно тюрьма или лагерь, это судимость. Уголовная судимость! Клеймо на всю жизнь, людям ломают судьбы… Поэтому пора бы дать по тормозам.

— Готово ли государство к отмене 282-й или ее смягчению?

— Большой вопрос, который остается открытым. Но поскольку я задавал этот вопрос президенту на прямой линии и президент согласился со мной, что нужно уходить от абсурда и маразма, я надеюсь, что мы будем уходить от абсурда и маразма.

— Вы видели какую-то реакцию чиновников после Вашего вопроса президенту? Кто-то, может, связывался с Вами, пытался обсудить проблему…

— Конечно, да. Вы же знаете, что ОНФ, о котором упомянул президент, планирует в июле провести большой круглый стол на тему законотворческих изменений. Это уже определенная реакция. Самое главное, чтобы этот круглый стол не был для галочки, для отчетности, так же, как для галочки и для отчетности приговаривают блогеров.

Нужно спасать людей и менять законодательство. Здесь ровно две составляющих во всей этой истории. Первая — спасать людей. Их уже сейчас немало, когда прокуратура могла бы вынести кассацию, как в свое время вводила Евгения Чудновец. Я имею в виду историю журналиста РБК Александра Соколова, подполковника ВВС в отставке Кирилла Барабаша и Валерия Парфенова, которые сейчас сидят на зоне (активисты, призывавшие провести референдум «За ответственную власть». 10 августа 2017 года Тверским районным судом города Москвы признаны виновными в организации деятельности экстремистской организации. Соколов осужден на 3,5 года колонии, Барабаш и Парфенов получили по четыре года колонии. — Примеч. «Шторма»).

Я имею в виду политолога Петра Милосердова (обвиняется в создании экстремистского сообщества совместно с лидером ДПНИ Александром Поткиным, на выборах в Мосгордуму в 2014 году был руководителем предвыборного штаба кандидата от КПРФ Андрея Клычкова. — Примеч. «Шторма»), который сейчас томится в московском СИЗО. Это вот все сейчас, XXI век, наша страна. Люди, на мой взгляд, по надуманным предлогам, которые могли бы сейчас спокойно здравствовать и гулять на свободе, находятся не на свободе.

Вторая часть — реформирование 282-й статьи. Я понимаю, что ее не удастся полностью отменить, поэтому предлагаю хотя бы перевести уголовку в административку.

— Какие еще случаи, связанные с 282-й статьей Вас поразили больше всего?

— Историй немало. Например, мы могли видеть, как историческая фотография становится поводом для возбуждения уголовного дела. Как девушка, вывесившая фотографию оккупированного Смоленска — а это трагическая страница истории нашей страны — привлекается к ответственности и получает некий приговор.

Мужчина, вывесивший фотографию, Вы помните, с Парада Победы, с поверженными флагами, привлекается к ответственности. Понятно, что это отдельные элементы. Но я повторяю, что все это происходит и онлайн, и офлайн. Такие истории, которые я назвал, — инициативная группа по референдуму, та же Чудновец, — на самом деле таких случаев десятки.

Ко мне обращаются ребята, которых преследуют за то, что у них в плейлисте в социальной сети «ВКонтакте» оказалась не та песня, которая и так находится в свободном доступе. Или человек вывесил не ту картинку, карикатуру, фотожабу.

Более того, людей обвиняют в разжигании ненависти к социальной категории «чиновники». Кстати говоря, и певица Монеточка, и рэпер Oxxxymiron легко попадают под 282-ю.

— Вы доверяете экспертам, которые проводят анализ записей, лайков и репостов на соответствие законодательству?

— Вот! Вот об этом и речь. Кто эти эксперты? Эксперты, как правило, — люди темные.