Современная «Республика ШКИД»: грязные простыни и ненужные дети

В 400 километрах от Москвы, напротив соснового бора, расположилось небольшое двухэтажное здание — интернациональный детский дом. Уникальное место из красного кирпича, куда с 1933 года отправляли детей, чьи родители оказались в тюрьмах стран с реакционными и фашистскими режимами.

В разные годы по коридорам интердома бегали и резвились дети будущих ведущих политиков — лидера Югославии Иосипа Броз Тито, председателя компартии Китая Мао Цзэдуна, генсека Итальянской коммунистической партии Пальмиро Тольятти и другие.

Правда, все это было давно. Сейчас из 400 воспитанников лишь малая часть — настоящие сироты. Кто все остальные — неизвестно. Бывшие воспитанники, те, кто во времена Советского Союза жили в этом приюте, утверждают — одну из флагманских организаций в стране превратили в закрытую частную школу.

Официальная проверка («Шторм» ознакомился внимательно), проведенная по личному указанию главы Минобрнауки Ольги Васильевой, также хорошего результата не показала: детей воспитывают сотрудники с судимостью, хоть и погашенной; территория центра не облагорожена, на нее может попасть любой желающий; сирот кормят некачественной едой и просто зачастую «объедают». Все материалы проверки в ближайшее время сотрудниками Минобрнауки будут переданы в правоохранительные органы.

Как с картинки

В мае 2018 года Интердом имени Е.Д. Стасовой отметит свое 85-летие. Дата значимая, особенно для места, имеющего богатую историю и традиции, «в основе которых такие ценности, как защита детства, солидарность и дружба. Для многих ребят из разных стран Советский Союз, Россия, интердом, по сути, стали второй родиной». Вот такую сухую, но в то же время торжественную информацию, вкупе со стандартными фотографиями из серии «к нам приехал депутат Госдумы», можно обнаружить на официальной страничке детдома в соцсетях.

Там же — снимки счастливой детворы на фоне флагов различных стран. И, конечно же, директора — Галины Шевченко. Белокурая женщина с 32-летним стажем работы может похвастаться не только обворожительной улыбкой, но и званием заслуженного учителя Республики Ингушетия, почетной грамотой Минобрнауки РФ, медалью Союза женщин России и золотой медалью Российского фонда мира. И зарплатой — около 165 тысяч рублей в месяц (основная часть плюс надбавка за совместительство). Для сравнения, воспитатели в этом детском доме получают не более 20 тысяч рублей.

Супруг директора Шевченко, согласно декларации за 2016 год, — человек достаточно скромный: в месяц его доход составил порядка 62 тысяч рублей. Среди имущества числятся квартира и земельный участок площадью почти в гектар. Также он владеет автомобилем среднего класса, цена которого начинается от одного миллиона 300 тысяч рублей. Узнать, чем занимается муж директора интердома, официально оказалось проблематично, но источник «Шторма» рассказал, что несколько дней назад он был назначен главным специалистом по охране труда и технике безопасности.

Сын-дизайнер четы Шевченко также работает в интердоме — поставляет костюмы на заказ. Согласно данным Госзакупок, интердом заключал контракты с фирмой «ДВ Групп» учредителем которой в базах числится Денис Шевченко. Раньше, в советские годы, воспитанники сами шили себе костюмы.

Впрочем, в наши дни мало кого волнует такой семейный подряд, главное, чтобы дети, оставшиеся без родителей, чувствовали себя как дома. Чего нельзя сказать после проверки интердома сотрудниками Минобрнауки.

Оказалось, что в таком знаковом месте сотрудники не вели личные дела 340 воспитанников по правилам, не защищали имущественные права 24 воспитанников из числа детей, оставшихся без попечения родителей. В интердоме также отсутствовали документы, подтверждающие что 30 детей находятся в трудной жизненной ситуации. В организации также проживали 38 сирот, сведения о которых не были внесены в государственный банк данных о детях. Это, кстати, позволяет руководителю интердома получить финансирование в объеме, превышающем фактическую потребность.

Можно, конечно, списать такие нюансы на технические ошибки. Но усыновить ребенка из этого интердома действительно оказалось проблемой. В учреждении Галины Шевченко нам сказали: данные о детях необходимо искать в департаменте социальной защиты Ивановской области. Звоним в департамент. Там сначала отнекиваются, потом соглашаются, что в интердоме нас направили правильно. Позже сотрудник департамента превращается в партизана и даже не может сказать, где в Сети посмотреть анкеты детей. 

«Безусловно, те из воспитанников интердома, которые остались без попечения родителей, имеют право быть усыновленными или получить законных представителей (опекунов). Однако число детей и иные данные мы вам сообщить не можем, это закрытая информация», — сказали «Шторму» в департаменте.

Проверка Минобрнауки показала — желающие усыновить/удочерить или взять под опеку ребенка не могут попасть в интердом, чтобы познакомиться с детьми или хотя бы сотрудниками.

Безопасность, еда и воспитатели «в законе»

С детской безопасностью в интердоме тоже есть проблемы. Из проверки Минобрнауки следует: в здании отсутствуют технические средства охраны, система контроля и управления доступом, полноценное охранное освещение. На территорию интердома может зайти любой желающий не из числа сотрудников или воспитанников. С эстетической стороны — территория учреждения захламлена, заросла дикорастущим кустарником и травой, ограждение частично повреждено. 

20 сотрудников приняты на работу в образовательную организацию без предоставления справки об отсутствии у них ограничений на занятие трудовой деятельностью в сфере образования с участием несовершеннолетних. В личных делах других 20 отсутствуют справки об отсутствии судимости, у пятерых человек имеется погашенная судимость.

К слову, устроиться в интердом легко — в интернете есть множество вакансий. За 7800 рублей в месяц можно пойти работать уборщиком или на кухню. Или за 13 000 рублей можно стать воспитателем. Пол, возраст, наличие высшего образования не имеют значения.

— Добрый день, звоню узнать по поводу вакансии кухонного сотрудника. Какой пакет документов необходим для трудоустройства? — интересуюсь я.

— Паспорт, и в 14:00 приходите по адресу, — пояснила мне суровая женщина-рекрутер.

— А медицинскую книжку я должна с собой взять? — спрашиваю и слышу длинные гудки на том конце трубки.

В принципе, неудивительно, что воспитательная работа осуществляется без учета индивидуальных особенностей детей, выявленных проблем и рисков, анализа работы за истекший учебный год.

«Не составлялись индивидуальные программы развития детей. Для вновь поступивших обучающихся не организовано сопровождение в связи с их адаптацией к новым условиям. Посещение воспитанниками дополнительных занятий не учитывает индивидуальные предпочтения детей», — сообщается в отчете Министерства образования и науки.

Вопросы возникли и к организации медицинской деятельности, а также лечению детей в изоляторе. 

Минобрнауки обнаружило четкую вертикаль среди воспитанников — не раз имели место случаи, когда старшие и физически более сильные воспитанники унижали, оскорбляли младших и слабых — «таким способом якобы снижая градус неподчинения».

«Среди воспитанников имеются случаи мелкого бытового воровства», — отмечается в проверке.

Условия, в которых проживают воспитанники интердома, совсем далеки от домашних: постельное белье на кроватях грязное, мебель повреждена, нарушены нормы освещения, вентиляции, душевые кабины «имеют грязные с ржавчиной поддоны, кафельные стены не промыты». 

Еще хуже обстоит ситуация с питанием — у входа в столовую отсутствуют умывальники для помывки перед приемом пищи, электросушилки для рук. Обеденные столы давно нуждаются в замене. В столовой нет необходимого количества стульев и столовой посуды: используются тарелки и чашки со сколами. Даже не набралось одного комплекта на воспитанника, необходимого по правилам. 

«Профилактическая витаминизация пищи детей не проводилась в организации с мая 2016 года», — сообщают в Минобрнауки.

Кроме того, еда готовится не по правилам. И даже недовешиваются порции воспитанникам. А сотрудники, согласно данным министерства, не имеют прививок против дизентерии, которые делаются ежегодно.

«Отмечены случаи неправомерного хранения работниками столовой продуктов питания, вероятно, с целью хищения. Общий вес изъятых в ходе проверки пищеблока неучтенных продуктов составил более 250 кг на сумму свыше 23 тысяч рублей», — отмечается в отчете Минобрнауки.

Продукты в детдом поставляли фирмы с неоднозначным прошлым — ООО «Владфуд» весной выиграло тендер на почти 1 360 000 рублей на поставку мяса. В то время в Сети была в открытом доступе история о том, что Роспотребнадзор признал продукцию ООО «Владфуд» — правда, молочную — не соответствующей требованиям технических регламентов, создавшей угрозу причинения вреда жизни и здоровью граждан.

Элитная частная школа или интердом?

На портале Magas.ru можно найти весьма занятную статью, датированную 2014 годом. В ней глава Ассоциации выпускников ивановского интердома (на тот момент) Вангелис Ксиротирис говорит о том, что интердома больше нет.

«Он закончился еще в 2004 году. По нашей информации, там только 25 процентов детей, оставшихся без попечения родителей. У многих из них отцы и матери живы», — рассказывает Вангелис ингушскому порталу. По его словам, большинство учеников здесь — дети из полных и отнюдь не бедных семей.

Впрочем, можно подумать, что это очередная из журналистских «заказух». Правда, в разговоре со «Штормом» выпускница Ульяна Бурковская подтвердила, что сегодня в интердоме все иначе: «В сиротском учреждении из 400 воспитанников лишь малая часть — сироты. Кто все остальные? Большой вопрос. Известно лишь, что появились странные формы встреч в виде родительских собраний, исчезли дети-дошкольники», — рассказала она. По словам Бурковской, изначально интердом создавался как интернат для детей-сирот иностранных революционеров. Туда в разные времена привозили детей из Латинской Америки, Греции, Чили, Португалии, Югославии, Китая». 

«Моего папу привезли на теплоходе из Испании. После 1936 года Сталин запретил усыновлять иностранных детей. Это было оправданно, так как у многих оставались живые родители, но находившиеся в местах заключения по политическим мотивам. Они могли оттуда выйти и вернуть ребенка», — вспоминает бывшая воспитанница.

Странность интердома эпохи Галины Шевченко — попечительский совет стал органом по сбору денег. Искали деньги везде, в том числе среди выпускников. Но, по словам Бурковской, когда стало очевидно, что сирот в учреждении почти не осталось, многие выпускники отказались от взносов, а попечительский совет остановил сбор денег. В итоге Шевченко заменила членов совета — вместо выпускников там появились некие родители. 

«Позже появилась жалоба на руководство интердома. Директор не знала, кто автор, но решила — это дело рук бывших выпускников. Посчитала местью за то, что сменила состав попечительского совета. В жалобе говорилось о засилье ингушей в учреждении. Разумеется, мои однокашники не могли такого написать, в нас с малолетства воспитывалась толерантность к людям всех национальностей, и если в определенные годы ребят из какой-то страны приезжало больше, то это никого не удивляло. Мы подумали: вероятно, автором жалобы стал кто-то из обиженных директором родителей. После появления этого документа Шевченко созвала собрание и обвинила бывших воспитанников в присутствии бывших учителей», — поделилась Бурковская.

В прошлый юбилей, в 2013 году — «Индердому» исполнилось 80 лет — директор учреждения отказалась пустить «старых» выпускников даже прогуляться по первому этажу школы. 

Другая наша собеседница, также выпускница интердома, рассказала, что сбор денег с выпускников — не единственная хитрость, до которой додумалась Галина Шевченко. 

«Время от времени Галина Шевченко промышляет сомнительными закупками, например, новогодних елок», — сказала собеседница. 

При этом выпускница рассказала о знакомом из Ингушетии, который нахваливал интердом как элитный пансионат, а вовсе не детский дом.

 «Знакомый парень из Ингушетии рассказал мне: у нас в регионе вашу школу хорошо знают, она считается элитным учебным учреждением. У администрации региона с Галиной договор, на основании которого дети из обеспеченных семей за определенную плату проходят годовое обучение в интердоме, как в пансионате. У администрации даже есть специальные автобусы, которые возят детей прямиком из домашнего региона в регион обучения и обратно — на каникулы. Если ребенок по какой-то причине не приезжает, это может означать лишь одно — у его родителей не хватает денег на обучение. И все равно все стремятся найти средства, поскольку обучение здесь очень престижно», — отметила собеседница.

Если возвращаться к публикации ингушского сайта Magas.ru, то там рассказана история некоего француза Жерара с простой русской фамилией Черняев. Он, по информации журналистов, попал в интердом в 1951 году и был председателем детского совета. 

«Вот только сейчас навестить свой детский дом бывший выпускник может раз в год по обещанию», — утверждается в статье.

«Мы все время пытаемся войти в контакт с его руководством. Ни разу не получилось! Иногда мы все-таки приезжаем, нам показывают хороший концерт и все: дальше — уходите!» — приводят слова Жерара Черняева журналисты. Черняев сетовал на то, что раньше к ним, засекреченным, все-таки привозили ветеранов и артистов, которые совершенно свободно общались с детьми. А теперь к детям даже близко не подпускают. Так что это за дети, которых прячут за высоким забором даже от старших товарищей?»

Впрочем, в публикации и этому находится объяснение — показатели поступления выпускников интердома в престижные вузы очень высокие. Поступает 99% детей. Объясняется это законодательством, согласно которому сироты могут поступать в высшие учебные заведения вне конкурса. Но это при условии, что они действительно являются таковыми. То есть, если это действительно правда, — у руководства интердома есть какие-то неофициальные договоренности об «особом» статусе детей-несирот при поступлении.

Текст подготовлен при участии Елены Малай