«Я подумаю об этом завтра»: ЦИК не устроила прозрачность выборов от СПЧ

До 15 февраля представители Центральной избирательной комиссии совместно с правозащитниками должны были рассмотреть доклад мониторинговой рабочей группы СПЧ (был сделан по итогам выборов в 2017 году) и при необходимости приступить к реализации особо важных идей. То есть, если говорить чиновничьим языком, представить «предложения по реализации предложений из доклада мониторинговой рабочей группы СПЧ». По крайней мере, именно такое требование было прописано в президентском поручении.

Наблюдатели и правозащитники хотели одного — сделать выборы более прозрачными. А вот успел ли ЦИК выполнить просьбу в срок — вопрос: в открытом доступе какой-либо информации нет, а ответ на свой официальный запрос (несмотря на закон о СМИ) нам пришлось ждать больше месяца.

Оказалось, ЦИК изучил предложения, но решил «подумать об этом завтра».

Что хотят в СПЧ?

В президентском совете по правам человека есть специальная мониторинговая рабочая группа по выборам: с представителями Общественной палаты, аппарата Уполномоченного по правам человека, правозащитниками и, конечно же, наблюдателями. По итогам выборов 2017 года, когда те же наблюдатели зафиксировали немало нарушений, группа подготовила доклад с рекомендациями «по совершенствованию механизмов обеспечения избирательных прав граждан». Доклад обсудили в присутствии президента, тот в свою очередь поручил ЦИК его изучить и «при необходимости представить предложения по их реализации». Так работа на публику могла и закончиться, если бы «Шторм» официально не запросил позицию ЦИК по докладу.

Основными нарушениями правозащитники называли: подкуп избирателей, когда устраивали лотереи у избирательных участков, чтобы повысить явку; организованный муниципальными властями подвоз избирателей; попытки вброса бюллетеней; незаконные задержания наблюдателей и многое другое. Чтобы такого не случилось на президентских выборах, члены группы специально разработали ряд нововведений.

Например, сократить полномочия полиции. А именно — лишить их права возбуждать административные производства за нарушения прав наблюдателей, передав функции органам прокуратуры.

«Фактически оперативный сотрудник не знает весь объем прав и полномочий специальных субъектов, но ему было предоставлено право возбуждать административное производство. Здесь мы не были застрахованы от ошибки, связанной с неготовностью системы МВД работать в этом направлении. Мы обозначили, что основная функция сотрудника полиции связана с обеспечением общественного порядка, как до дня голосования, например, изъятие незаконных агитационных материалов, так и в день голосования», — объяснил член СПЧ Игорь Борисов.

Также участники группы предложили ЦИК уточнить списки избирателей, чтобы исключить случаи, когда гражданин фигурирует в нескольких.

Координатор проекта «Гражданин Наблюдатель» Инна Куртюкова называет этот вопрос «зыбкой зоной».

«У нас никакой единой базы в России по избирателям нет. В Грузии, например, на каждом избирательном участке есть компьютер, из которого председатель комиссии может посмотреть, есть ли пришедший избиратель в списке на другом участке. Два года назад мы Памфиловой об этом говорили, но она сказала, что это очень сложно и в ближайшее время нереализуемо. Видимо, до сих пор и не реализовали», — рассказала Куртюкова. 

По ее словам, в момент «организованных фальсификаций» проверить задвоение списков невозможно. Однако были и предложения, которые представители движений наблюдателей не очень поняли. Например, правозащитники предложили избирательным комиссиям «оказывать содействие в организации публичных дискуссий между кандидатами». То есть, по мысли участников группы, Центральная избирательная комиссию должна взвалить на себя функции нейтрального арбитра. Однако ответить, каким образом должна быть организована эта работа, там не смогли. Такие же вопросы задавали и на заседаниях, говорит Григорий Мельконьянц, участник мониторинговой группы, сопредседатель движения «Голос».

«Мы не совсем понимали эту рекомендацию, задавали вопросы, но ответов не получили. Непонятно какими ресурсами, как этим должен заниматься ЦИК. Это задачи, которые возложены на СМИ, это они должны быть заинтересованы в том, чтобы создавать такие площадки», — считает Мельконьянц.

В процессе общения с наблюдателями, которые вошли в мониторинговую группу СПЧ, становится очевидно, что финальной версии доклада никто из них не видел. Сам документ подписан членами совета — Игорем Борисовым и Ильей Шаблинским. Однако каждый из собеседников уточнил: предложения были позитивно восприняты главой комиссии Эллой Памфиловой. Только обсуждать их, судя по их же ответу, нет никакого смысла.

А что ЦИК?

8 февраля редакция «Шторма» направила в Центризбирком запрос с просьбой пояснить, какие предложения из доклада МРГ СПЧ планируется реализовывать. Спустя месяц, игнорируя закон о СМИ, ЦИК все-таки ответил. За подписью зампредседателя комиссии Николая Булаева авторы ответа буквально разносят доклад правозащитников. Намекая на то, что из 490 страниц массивного доклада только 5% составляют материалы правозащитников и членов мониторинговой рабочей группы. Это приблизительно 25 страниц.

«Весь остальной объем «сведений» — это материалы, подготовленные «подключенными организациями», а также цитирование статей средств массовой информации», — говорится в ответе. Примечательно, что слова «сведения» и «подключенные организации» его авторы берут в кавычки, судя по всему, как и все выводы доклада.

«Многие выводы и рекомендации сделаны на основании непроверенной информации третьих лиц, в том числе носящей анонимный характер, что серьезно девальвирует ценность доклада», — считают в ЦИК.

Кроме того, ряд нарушений в избирательной комиссии таковыми не признают: «подвоз избирателей к участкам на автобусах, организованный органами местного самоуправления и отдельными предприятиями, что может трактоваться как использование служебного положения, в реальности не является нарушениями избирательного законодательства». Эти «проблемные вопросы» в ЦИК также берут в кавычки.

Смутило членов Центризбиркома и отсутствие серьезного обоснования предложений и то, что часть рекомендаций не связана с информацией, полученной в ходе наблюдения за выборами.

Тем не менее, в финале ЦИК уточняет: «Вместе с тем ЦИК России считает целесообразным после проведения выборов президента РФ обсуждение ряда предложений и рекомендаций». Остается открытым вопрос: какие конкретно предложения будет обсуждать ЦИК и почему это произойдет только после выборов?

По словам главы СПЧ Михаила Федотова, ничего страшного в желании внести изменения после избрания президента нет, поскольку в период избирательной кампании менять законодательство нельзя, а над реализацией предложений ЦИК уже работает.

«Все наши рекомендации обсуждались с Центральной избирательной комиссией. Элла Памфилова, которая была на заседании, сказала, что многие предложения, содержащиеся в докладе совета, уже прорабатываются», — отметил Федотов.

Что именно «прорабатывается» ЦИКом, не сказали ни в совете, ни в комиссии. Вместе с тем очевидно, что позиция независимых наблюдателей и анонимные жалобы, которые девальвируют ценность доклада, — то, на что ЦИК меньше всего готов обращать внимание. Заявления Эллы Памфиловой о «фабрикации ложных фальсификаций» вкупе с полученным ответом — чем не основание считать, что основная задача ЦИК на эти выборы — любой ценой не допустить их дискредитации.