Никита Высоцкий: «Союз спасения» — это повод вспомнить нашу историю, но я никому не машу и никого не зову ни в какое прошлое»

Сегодня, 26 декабря, во многих кинотеатрах России начали показывать широко разрекламированный фильм Андрея Кравчука «Союз спасения». Как и ожидалось, картина получилась очень красивой и зрелищной, однако вызвала массу вопросов. Главный: для чего все это снималось? Может, чтобы о чем-то напомнить? Или чтобы немножко притушить нимб над головами участников восстания на Сенатской площади в тяжелом и смутном 1825-м? Если так, считают зрители, то у авторов это вполне получилось. «Ну нет, что вы, — парирует сценарист Никита Высоцкий. — Мы к ним со всей любовью и восхищением. Но предчувствую, что таких копий в нас полетит еще немало».

События картины начинают разворачиваться в 1814 году. Российская армия, разгромив Наполеона, занимает Париж, и молодые офицеры в буквальном смысле этого слова начинают гореть идеями свободы и равенства. Однако никаких намеков: как уточняет продюсер фильма Константин Эрнст, создатели «Союза спасения» постарались лишить его конкретного политического подтекста. Это просто такой взгляд из почти уже 2020 года на события, которые происходили в начале XIX века и находились «под сильным идеологическим воздействием».

В общей сложности на создание ленты ушло несколько лет, и результат, конечно, впечатляет. Возникающие перед глазами кадры настолько ошеломительны, что в них хочется тонуть. Здесь вам и красавец Александр Домогаров в роли графа Милорадовича, и Алексей Гуськов (Щербатов), и весь цвет молодых актеров — от Павла Прилучного (Павел Пестель) до Антона Шагина, играющего Кондратия Рылеева. Но что же смущает? Быть может, то, что, окунувшись в эту атмосферу, ты не понимаешь, почему их считают какими-то особенными. Вот что, к примеру, так восхищало Льва Толстого? А барда Александра Городницкого? Да, они очень милые ребята. Где-то безбашенные. Умные, ищущие. Но не герои! Глядя на них, не щемит сердце и не хочется в Сибирь.

Еще жестче в своих оценках оказались зрители, и это лишь первые впечатления. 

«Что же режиссер фильма не позвал на роль Бонапарта петербургского препода-расчленителя, он бы тоже символизировал собой дух декабристов, таких же шизофреников?» — интересуется одна из женщин. 

«Декабристы — те же либералы, которые спасают народ, не понимая, чего он хочет. А главное, ценой жизни простых солдат. История ничему не учит. Мы должны умыться кровью, впитать всю эту мерзость гражданской войны, чтобы понять, что мы потеряли, — заявляет еще один посмотревший. — Мне более понятны Наполеон, Ленин, Сталин. У них была конкретная цель и программа действий. А декабристы — те же преступники». 

Не понял задумки авторов и оказавшийся в числе первых зрителей юрист, страновед и один из авторов текста российской Конституции Олег Румянцев. По его мнению, картина не делает ни одного шага к примирению в обществе и преодолению гражданского и социального раскола. Наоборот — она его лишь усиливает, как бы противопоставляя мятущихся молодых дворянских и гвардейских офицеров с явным дефицитом храбрости, не знающих, чего они хотят, и решительного Николая Павловича Романова «с проницательным и по-сакральному всезнающим пронзительным взором и твердостью поступков». Создатели как бы подталкивают нас к тому, чтобы пересмотреть историю и задуматься: а были ли те герои героями?

«А вообще, фильм не про декабристов, а про сегодняшний день, — говорит он Daily Storm. — Я думаю, все это уже поняли».

Совсем иного мнения сценарист картины Никита Высоцкий. Это фильм о времени, считает он. О моменте, когда оно словно спрессовалось и за несколько лет в России произошло то, на что в других странах уходят целые столетия. А еще — о человеческом выборе и грядущей за ним ответственности.

«По поводу дегероизации, которую мы якобы ставили своей целью, мне сказать точно нечего, — смеется он в разговоре с Daily Storm. — Уверяю вас, ко всем нашим героям мы относимся с одинаковым восхищением и любовью! Но отмашка на пересмотр истории — это, конечно, слишком громко. Мы снимали художественное кино, а не научную работу, и никого ни к чему не призывали».

О событиях, которые произошли в 1825-м, говорит Высоцкий-младший, спорили всегда. Если, к примеру, Лев Толстой называл декабристов лучшими людьми своего времени, то Василий Ключевский считал, что произошедшее — скорее историческая случайность, обросшая литературой. Декабристы были как нравственно-общественный симптом, вскрывший недуги общества, о которых оно даже не подозревало.

«А соглашаться или не соглашаться с мнениями этих людей — это уже дело каждого, — поясняет сценарист. — Вот и я никому не машу, ничего не говорю и никого не зову ни в какое прошлое».

«В связи со всеми этими дискуссиями вспоминается один веселый случай, — продолжает Никита. — На одном из своих концертов мой отец спел песню «Письмо к другу, или Зарисовка о Париже». Может быть, вы помните:

Ах, милый Ваня! Я гуляю по Парижу —

И то, что слышу, и то, что вижу, —

Пишу в блокнотик, впечатлениям вдогонку:

Когда состарюсь — издам книжонку.

Про то, что, Ваня, мы с тобой в Париже

Нужны — как в бане пассатижи.

И что вы думаете? Один из зрителей решил, что это про якутскую баню, где холодно и проблемы с водой. В случае с этим фильмом, как я полагаю, такое тоже будет. Как, прочем, и критика. Но это нормально. Это живой процесс. Желаю вашим читателям приятного просмотра!»

Напомним, что знаменитое восстание на Сенатской площади Санкт-Петербурга произошло ровно 194 года назад — 26 декабря 1825 года. По сути, это была попытка государственного переворота, чтобы не допустить вступления на трон Николая I, организованная группой дворян-единомышленников, многие из которых служили в гвардии. Не получилось: верные трону войска подавили мятеж при помощи артиллерии. Пятеро декабристов впоследствии были повешены — это Рылеев, Пестель, Каховский, Бестужев-Рюмин и Муравьев-Апостол. Более 120 — отправлены в Сибирь на каторгу или поселение.