Дело Браудера: шоу вместо суда

Фамилии Уильяма Браудера и скончавшегося в СИЗО юриста Сергея Магнитского, которые то ли разоблачили крупную аферу российских силовиков и налоговиков, то ли ее провернули, в последние пару лет изредка появляются в СМИ. Но точка в этой истории не поставлена до сих пор: в суде рассматривается дело, касающееся событий десятилетней давности. Главным его фигурантом, как ни странно, проходит все тот же руководитель Hermitage Capital.

Вчера в Тверском районном суде Москвы состоялось заседание по уголовному делу в отношении главы Hermitage Capital Уильяма Браудера, получившего в 2013 году девять лет колонии, и его делового партнера Ивана Черкасова. Обвиняемых судят заочно, поскольку они находятся за границей. Бизнесмены обвиняются в уклонении от уплаты налогов и преднамеренном банкротстве связанной с ними компании. Из-за этих противоправных действий бюджет недополучил 3,5 миллиарда рублей.

Процесс так и оставался бы незамеченным, пока одним из свидетелей (!) не стала адвокат Наталья Весельницкая. Та самая, встречавшаяся с сыном Дональда Трампа перед президентскими выборами в США и обещавшая поделиться компроматом на Хиллари Клинтон.

Заседание, запланированное на два часа, по обыкновению стартовало позже. Не сразу появилась и Весельницкая — почти перед самым запуском в зал участников процесса и журналистов. Вместе с одной из коллег, которые ждали ее прихода, она за пару минут успела обсудить недавно вышедший материал «Новой газеты» — интервью с «королем однодневок». Судя по реакции Весельницкой, оно ей явно не понравилось.

Фокусы прокуроров

Среди обвинителей Браудера и Черкасова оказался Михаил Резниченко, который в прошлом году просил отправить в колонию бывшую студентку МГУ Варвару Караулову (девушка пыталась уехать в Сирию). Первым делом он попросил судью Дмитрия Гордеева приобщить к материалам документы, изъятые у Весельницкой.

Адвокаты обвиняемых — Александр Головин и господин Панченко — выступили против, поскольку были убеждены в их фальсификации.

Судья Гордеев вошел в положение — и дал им 10 минут на ознакомление с 59 листами текста. Перед перерывом Головин сделал заявление: в период предварительного следствия на экспертизе пропали сотни томов уголовного дела. Более того, непонятно, откуда взялась Весельницкая, — ведь ее нет в списках свидетелей.

«Кровавые деньги Магнитского»

Пока защита бегло знакомится с документами, появляются телевизионщики. «Что снимать будут? Процесс без потерпевших, без обвиняемых? Это нонсенс, не каждый раз такое бывает», — сетует один из адвокатов. Судья Гордеев, несмотря на их протест, приобщает к делу, по словам Головина, «неизвестно что» — те самые 59 листов.

На трибуну поднимается свидетель Весельницкая — и простоит за ней в итоге больше четырех часов. Свое присутствие в суде она объясняет тем, что Браудер пару лет назад «ложно обвинил» ее подзащитного Дениса Кацыву (сына вице-президента Российских железных дорог) в хищении бюджетных средств. Заявление инвестора легло в основу гражданского дела, возбужденного в США против ее клиента, и обернулось заморозкой его активов. Этой весной американская сторона отказалась от претензий в обмен на выплату Кацывой порядка 6 миллионов долларов.

Весельницкая отмечает, что Браудер появился в ее «профессиональной жизни» адвоката в 2012 году, после выхода статьи журналиста «Новой газеты» Романа Анина. В материале говорится, что Кацыв и компания Prevezon Holdings получили часть похищенных средств из российского бюджета по так называемому делу Магнитского.

Тогда она якобы впервые услышала о Магнитском, а уже после встречи с редакцией издания узнала и о самом Браудере. После этого «на перешейке 2012—2013 годов» Весельницкая занялась собственным расследованием: хотела выяснить, кто работал с иностранным инвестором.

«Не имею к нему личного отношения, знаю только то и буду говорить только то, что мы собрали на основе доказательств, которые собирались в течение трех лет, — продолжает адвокат. — Я принесла кое-какие заметки».

Кое-какими заметками оказалась стопка папок, переполненная бумагами.

По словам Весельницкой, в 2013-м она закрылась на полгода в кабинете и изучала сайт Russian Untouchables, открытый Браудером, изучила тысячи судебных актов и «выстроила каждое событие, их хронологию на четырех тысячах листах». Все является ее «анализом документов, найденных с 1996 года».

Затем на несколько часов растянулся рассказ о том, что удалось узнать свидетелю:

ООО «Дальняя степь», преднамеренное банкротство которого вменяется Браудеру и Черкасову, было учреждено в 1998 году в Калмыкии одновременно с рядом других фирм. Все эти компании регистрировались по одному и тому же адресу и одними и теми же людьми с разницей в несколько дней.

Одна из них, в частности, называлась «Камея». Другие связанные с ней и «Дальней степью» юрлица, а их были десятки, владели акциями друг друга на 51% , а оставшиеся 49% принадлежали кипрским офшорам.

«Получается, что в РФ действовали кипрские компании де-факто и де-юре, а российские ООО были просто оболочкой», — подчеркивает Весельницкая.

В это же время, по утверждению адвоката, фирмы начали скупать акции «Газпрома»: сделать это через иностранные компании было почти нереально — требовалось соответствующее разрешение правительства. Деньги на приобретение пакетов перечисляли кипрские «Гигс Интерпрайзес» и «Жода Лимитед». Владельцами обеих выступала американская «Спидваген», у которой, конечно же, были свои собственники. Hermitage Capital (не будем о ней забывать), в свою очередь, выступала консультантом российских юрлиц.

До 2002-го, пока налоговики не получили полномочия единого регистратора юрлиц, не могли проверить, кто стоит за этими ООО. Когда это стало возможным, Федеральная налоговая служба провела камеральную проверку, которая показала, что Браудер нанимал в качестве финансовых аналитиков Hermitage Capital инвалидов. Они по состоянию здоровья не могли выполнять такие функции.

В 2005-м, узнав о налоговых проверках, юрлица перебираются в Москву. 83 миллиона акций «Газпрома» из «Дальней степи» перебрасываются по цепочке в ряд ООО «Махаон», «Рилэнд» и «Парфенион». «Дальняя степь» передается некоему Якову Шошеву. Его настоящее — Якир Шашо, он бывший сотрудник израильских спецслужб, у которого в 90-х годах появились связи в России.

Таким образом, компания «остается на растерзание государству», — замечает Весельницкая. При этом первый конкурсный управляющий «Дальней степи» не стал разбираться, имелись ли признаки фиктивного банкротства, из-за работы в связке с Браудером.

В том же 2005-м Браудеру запрещают въезжать в Россию — у него нет разрешения на жительство и визы. Одновременно с этим консалтинговая компания Firestone Duncan, которая оказывает юридические услуги Hermitage Capital (где работал Сергей Магнитский), инсценирует рейдерский захват тех самых «калмыцко-московских» ООО, чтобы отвлечь внимание правоохранителей от вывода акций «Газпрома» за рубеж и предотвратить выход на бенефициаров из США.

«Переброска активов с «Дальней степи» на московский «Махаон» и другие юрлица помешала возврату денег в бюджет государства, — поясняет «свидетель». — Была сымитирована продажа акций, в результате произошла взаимная недоимка — в 2006 году ее выявили налоговики».

Процесс превращается в шоу

Всю собранную информацию адвокат передала МВД и Генпрокуратуре в 2015 году. Намекнула в своей речи Весельницкая и на то, что все статьи о рейдерстве со стороны силовиков, появлявшиеся в СМИ, были заказными. При этом из-за них в 2014-м ПАСЕ приняла резолюцию по «делу Магнитского».

— Вы можете объяснить, кто Вы? Адвокат, который ведет собственное расследование, свидетель? — поинтересовался защитник Браудера Головин.

— Я здесь стою, потому что деятельность «Камеи» отразилась на моем подзащитном, — отражает удар Весельницкая.

— Так при чем же здесь Браудер?

— Он получал комиссионку в 2% за незаконный оборот акций «Газпрома», еще 20% отходили самому Hermitage Capital, с которым связан Черкасов и другие.

Защита просит судью скорректировать протокол — «в него попали ложные сведения». Закручивается словесная перепалка между прокуратурой, адвокатами и Весельницкой. Последняя чувствует себя уверенно, под одобрительную улыбку судьи вместо четких ответов начинает конструировать многосложные предложения, уходя от вопросов.

— Выступаете в интересах Кацыва? — спрашивает Головин.

— Нет.

— Государства?

Дама теряется, но после небольшой заминки говорит, что соблаговолила правдиво и откровенно поделиться тем, что удалось найти.

— Корреляции между своими расследованиями и расследованиями «Новой газеты» не вижу. Браудер — мошенник, политической подоплеки в этом деле нет, — подытоживает она.

— Процесс превращается в шоу, — вздыхает Головин.

Надежд нет

Адвокаты после суда поделились впечатлениями о произошедшем.

«Претензий к компаниям моих клиентов не было три года. Налоги платили исправно, эти деньги — 5,4 миллиарда рублей, украло Министерство внутренних дел, — говорит адвокат с 40-летней практикой. — Из-за этого Магнитский возбухать начал, замучили его. Никого не интересуют материалы. Идет судебная расправа, заказ. Выступление Весельницкой было сюрпризом».

А потом добавляет: они с напарником — господином Панченко — работают «с перспективой на будущее».

«Когда-нибудь прочитают наши протоколы, может кого-то реабилитируют, даже посмертно, — с грустной усмешкой продолжает Головин. — А сейчас надежд нет».