Россотрудничество — за выкуп памятника русскому начальнику Аляски, где его хотят снести

Борьба за права афроамериканцев, коренных народов Америки и выступления против произвола полиции в США и Европе неожиданно вылились в массовое уничтожение памятников. Падают монументы конфедератам, рабовладельцам и колониалистам. К ним уже причислили и чиновника Российской империи Александра Баранова, который основал столицу Аляски Ново-Архангельск в 1799 году. Александр Андреевич возглавлял управление Русско-Американской компании, развернувшей торговлю вплоть до Калифорнии. Глава Россотрудничества Евгений Примаков в беседе с Daily Storm сравнил тех, кто крушит постаменты, с «беспамятными мотыльками», он призывает выкупить памятник Баранову, чтобы он смотрел «с берега Берингова пролива на берег США с чувством глубокого укора». Депутат Константин Затулин, иронизируя, ожидает возведения на Западе памятников неандертальцам, а сенатор Сергей Цеков рассказывает, почему власти беспомощны перед вандализмом.

В российском сегменте социальных сетей популярны мнения о действиях протестующих «нахлебников», «мародеров», «скотов» и «уродов», но приводятся и аргументы, помогающие понять, что чувствуют люди, долгое время лишенные основных прав.

Выкрикивая лозунг Black Lives Matter, под которым идет кампания за права чернокожих и против произвола полиции, манифестанты сносят памятники людям, причастным к работорговле, притеснению коренных народов, а также военачальникам южных штатов в американской Гражданской войне. Самым ярким примером стал демонтаж монумента британскому государственному деятелю Эдварду Колстону. Этот человек жил в Бристоле на рубеже XVII-XVIII веков, он жертвовал большие суммы городским школам и больницам, но при этом был вовлечен в торговлю невольниками с африканского континента. СМИ растиражировали кадры, как облитую красной краской фигуру стаскивают с постамента, тащат по улицам и сбрасывают в море.

Возможно, самым неожиданным примером кампании стала инициатива активистов на Аляске, в городе Ситка — бывшем Ново-Архангельске. Они предлагают снести памятник Александру Баранову, который был главой русских поселений в Северной Америке в начале XIX века. Местные жители говорят, что расположенная в центре Ситки статуя «оскорбляет чувства представителей коренных народов». Люди спорят о снятии статуи, потому что они представляют себе болезненную историю колонизации.

Глава Россотрудничества Евгений Примаков раскритиковал инициативу активистов с Аляски. «Когда люди пытаются уничтожить свою историческую память, они живут жизнью беспамятного мотылька, у них нет будущего. Они обрубают все корни и после этого бесцельны. Мне бы хотелось, если они совершат эту глупость и самоубийство свое историческое, чтобы мы память нашего соотечественника у них выкупили, каким-то образом забрали и установили у себя. Пусть он смотрит с берега Берингова пролива на берег Соединенных Штатов с чувством глубокого укора», — сказал он.

Напомним, что ранее основанный предпринимателем Андреем Филатовым фонд Art Russe, популяризирующий русское и советское искусство, предложил выкупить памятник в Ситке и монумент Теодору Рузвельту в Нью-Йорке. Его также предлагают снести, поскольку в скульптурную группу помимо Рузвельта входит индеец, стоящий ниже восседающего на коне президента. Это уже трактуют как изображение расовой неполноценности коренных жителей Северной Америки и их подчинение белокожим людям.

Сходной с Примаковым позиции придерживается заместитель главы комитета Госдумы РФ по делам соотечественников и СНГ Константин Затулин. По его словам, кампания по сносу памятников в США и Европе — это «крайняя форма нигилизма и пренебрежения к историческому процессу».

«Я противник того, чтобы свергались памятники. Я противник того, чтобы мы были крепки задним умом и судили через 200, 300 или 400 лет людей, которые жили в совершенно другую эпоху, совершенно другими принципами, в совершенно других обстоятельствах. <…> Люди ни в малой степени не лучше тех, чьи памятники они свергают. Они ведут себя безобразным образом. По-русски это называется после драки кулаками махать. Те, кто занимается разрушением памятников, в конце концов придут к тому, что будут ставить памятники неандертальцам. Они ни в чем не виноваты, может быть, ели друг друга иногда, но это не доказано», — высказался он.

Парламентарий обращает внимание на то, что в межрасовых взаимоотношениях «не все так просто, но это не значит, что надо менять плюс на минус». Также он вспоминает аналогичные процессы, происходившие вслед за революцией в России. 

«Мы тоже переживали период, когда после Гражданской войны сбрасывали памятники, писали, что Суворов и Кутузов были крепостниками. Пушкин воспевал крепостничество. Мы этим переболели в легкой форме по сравнению с тем, что происходит сейчас», — напомнил Затулин.

Соседняя Украина переживала похожий период недавно, и именно эту страну, как правило, вспоминают, когда заходит речь о массовом памятникоборчестве. После Евромайдана 2013-2014 годов и бегства из Киева президента Виктора Януковича там начался так называемый ленинопад — снос статуй Владимира Ленина. Этот процесс одни называли реакцией общества на многолетнее давление Москвы, другие — стремлением новой власти провести украинизацию с целью изменения позиции большинства жителей страны в отношении России.

Сенатор Сергей Цеков был в те годы пророссийским политиком еще в украинском Крыму и одним из противников Евромайдана. В разговоре с корреспондентом Daily Storm он обратил внимание на частое попустительство государственных органов многих стран вандализму и прокомментировал основные причины массовых кампаний по сносу памятников.

По его воспоминаниям, сильное влияние на Украине в 2013 году получили ультраправые политики и группировки, а многие граждане какое-то время были с ними солидарны. «Сначала какие-то порывы поддерживают массы, но потом они могут и разочароваться, верхушка же оказывается один на один с радикалами и не хочет с ними ссориться. Не просто так: националисты угрожают физическим воздействием. И после этого в государстве совсем перестают бороться с этими крайними проявлениями», — рассказал он.

В пример он привел так называемую мусорную люстрацию, в ходе которой отошедших от власти политиков публично избивали, обливали зеленкой, кидали в мусорные контейнеры, что запугивало новую верхушку.

Пользователи социальных сетей в России, как кажется, в основном далеки от происходящего на Западе. Отметим, что некоторые обращают внимание на массовость явления и общность взглядов людей, которые заняты сносом. Так, denis bilunov (@bilunov) пишет: «Мой пойнт в том, что как раз важно — каких. Снос памятников — это уникальная ситуация, которая происходит один раз за много лет (а то и десятков лет), и она возможна только при абсолютном доминировании желающих снести». При этом причины поведения активистов могут крыться в восприятии символов расизма и рабовладения.

Вот что об этом пишет Егор Петров (@frommongolia): «Мне кажется, что не совсем правильно воспринимать свал памятников в Америке и Европе как борьбу с памятью. Фактически это борьба с текущим положением вещей, просто вот на языке символов. Ну и это наименее деструктивный и опасный способ выразить недовольство (штурмовать полицейские участки или здания парламентов страшнее, понятно)».

В целом однако в русскоязычном сегменте Twitter наибольшей популярностью пользуются такие интерпретации последних событий, как «левый фашизм» или власть «нахлебников», «мародеров», «скотов» и «уродов».